– Ты не знаешь, кого позвала, так ведь, Виктория? – прошептал он ей на ухо.

Девушку тут же охватило странное чувство. Она никогда такого не испытывала. Ее обнимало нечто, дотрагивалось до нее, говорило с ней, но животный инстинкт – бояться – исчез. Ей вдруг стало так хорошо и легко. Просто хотелось, чтобы он продолжал прижимать ее к себе… Дура!

– Нет… – тихо ответила Вика, закрывая глаза.

Она не знала, что с ней творилось, почему она обмякла, как постиранный носовой платок, в объятиях какой-то демонической сущности.

– О, Виктория, – произнес он, еще сильнее прижимая ее к себе, – в твоей квартире – инкуб и, похоже, ты даже понятия не имеешь, что натворила, да, девочка?

Она помотала головой, но страх вроде не возвращался. В объятиях мужчины она чувствовала себя так умиротворенно. От этого существа пахло сексом…

– Ты призвала к себе демона, Виктория… На свою кровь. Зачем?

– На кровь? – словно под наркотиками, переспрашивала Вика, ничего не понимая.

Она не резала себе вены и не пускала кровь. Мог ли демон перепутать квартиру?

Он выпустил ее из рук и глазами провел по ноге. Около щиколотки – застывшая струйка крови. Откуда она? Виктория точно помнила, что не резалась там… Внезапно, она поняла, откуда кровь. Она могла случайно порезаться бритвой и даже не заметить, пока принимала утреннюю ванну.

– Ты не помнишь, откуда кровь? – лукаво спросил он.

Затем Харон появился около нее. Одно мягкое, но резкое движение руки и девушка оказалась на кровати. Демон гладил ее ногу, осыпая поцелуями внутреннюю часть бедра. Вика еле справлялась с нахлынувшими чувствами.

– …Виктория… Та самая сталь… острое лезвие… Поранила твою ножку, когда ты была в ванне.

Мужчина прикоснулся губами к порезу. В его взгляде читалась жажда, но девушка не могла понять – жажда чего? Она хотела отмахнуться от него, но руки ее не слушались. Они же, напротив, хотели обнимать его, чтобы их трогали. Тепло прикосновений его губ проходило сквозь ее тело, словно ток, только с минимальным вольтажом.

Но Харон остановился. Окинув девушку хитрым взглядом, он встал с кровати и снова уставился на нее. Он был серьезен.

– Я могу отнять у тебя жизнь за одну миллисекунду. – Он схватил девушку и та повисла у него в руках, словно котенок. – Тебе нужна твоя жизнь?

Страх тут же вернулся. Все тело оцепенело, ужас парализовал разум. Девушка вообще уже перестала понимать, что происходит: то она умирает от идиотского желания разделить ложе с таинственным мужчиной, то ее бросает в холодный пот от страха.

– Да… – еле слышно ответила она.

– Да? – прошептал он, явно удивляясь.

Выражение его лица часто менялась, что перепуганная Вика не могла проследить какую-либо конкретную эмоцию. Складывалось ощущение, что Харон сам не знал, как совладать со своим лицом, словно он примерял маски, смотрел на что способно его тело, мимика лица.

– Если ты дорожишь своей жизнью, зачем тогда прочитала то, что написано на бумаге?

– Я не верила…не знала, что ты… Вы придете.

– Ты? Вы? – Харон смеялся.

Он уже давно отпустил девушку и расхаживал по комнате, бросая на Викторию коварные взгляды.

– Я напугал тебя, человеческое дитя? – Харон подошел и взял девушку за руку. – Меня не надо бояться. Я сотворен, чтобы доставлять удовольствие… за определенную плату. Ты готова мне заплатить?

Харон нежно поцеловал девушку, исследуя губами каждый миллиметр ее шеи. Вика закрыла глаза и вновь вылетела из реальности. Демон же не останавливался, сводя ее с ума, обжигая ее кожу, чаруя словами. Она уже задыхалась от внезапного наслаждения, удовольствия, которое ей преподносило существо, когда Харон все-таки остановился.

– Ты готова мне заплатить? – повторил он свой вопрос. – Я продолжу…Я покажу тебе то, что ни один мужчина не сможешь показать. Я открою тебе занавес в беззаботное наслаждение, из которого ты долгое время не сможешь вынырнуть. Я подарю тебе свет и сияние, которые никогда больше не оставят твой разум. Нет больше боли, страха, меланхолии…Желание…Необузданное, полное безумства, уничтожающее, высушивающее, безрассудное…Желание, в котором ты захлебнешься и примешь его с величайшею благодарностью. Ты получишь скрытую часть своего сознания, посмотришь на себя с другой стороны…Ты готова заплатить?

Харон остановился, вытащил руку из ее шорт. Виктория открыла глаза и изумленно уставилась на мужчину. Она никак не могла понять, почему позволяет ему делать то, что он делал.

– Заплатить? – переспросила она, совсем уже ничего не понимая, что творится в безумной голове.

– Цена ночи – твоя жизнь, – он улыбнулся.

– Ты уверен, что оно того стоит? – не задумываясь, выдала Вика.

– Стоит? – Харон бегло посмотрел на улицу и вновь перевел взгляд на девушку.

Плохо собранный, весь растрепанный пучок, прострация в глазах, сбившаяся майка, непослушная рука, поправляющая шорты. Страх и непонимание на губах и дикое желание, чтобы к ним вновь прикоснулись частички ада. Вламывающееся жизнелюбие, твердящее «беги». Девушка была в прострации.