Цветы. Харон отметил первую особенность, которая часто встречалась по всей Никольской улице. Если девушка шла с цветами, то существовала огромнейшая вероятность того, что рядом с ней идет именно ее ухажер. Еще она могла идти одна с цветами после свидания, если молодой человек не провожал ее.

Глаза. Это вторая вещь, на которую обратил внимание Харон. Почти все мужчины смотрели на своих девушек так, словно перед ними стояли богини. Они буквально обожествляли своих дам одним лишь взглядом. Глаза блестели. Правда. Сверкали! Настолько живыми они казались демону, что он глубоко задумался, а сможет ли он когда-нибудь также смотреть хоть на какую-нибудь женщину?

Харон также отметил менторские голоса и самовлюбленные взгляды девушек. По одному только их выражению лица было понятно, что то, что происходит вокруг, должно происходить. По-другому просто быть не может.

Улыбки. Еще одна черта, которую Харон отметил про себя. Практически все влюбленные улыбались. Не всегда, конечно, совпадали их мысли и улыбки, но не взирая ни на что, мужчины ходили с приподнятым уголком губ, а девчонки, конечно, светились счастьем, улыбаясь во все тридцать два зуба. Харон любил улыбаться и данная задача не должна была вызвать проблем.

Еще, что заметил демон это то, что влюбленные держались за руки. Что такого важного было в этом прикосновении? Почему вообще мужчина и женщина так часто держатся за руки?

Харон раскладывал по полочкам информацию, предварительно набросав план действий по отношению к его сложной девушке – Виктории.

Мог ли он вообще называть ее «моя девушка»? Что люди вкладывают в это понятие? Моя – девушка – значит моя…Мог ли он делать с ней все, что захочет? Нужно ли узнавать о ее желаниях? «Собственность» и «девушка» эквиваленты?

Встречал он и парочек, которые насупившись шли порознь. Парень брел, опустив голову, а девушка, сложив руки на груди, смотрела отрешенным взглядом вроде бы вперед. Но Харон мог прочитать и взгляд и мысли: она просто смотрела, потому что у нее есть глаза. У нее не было никакого интереса созерцать развесившуюся ночную улицу.

Что могло расстроить их? Что за причина, что они идут как чужие друг другу? Демон не знал. Не знал он также, что «чужие» это нормально для человеческих отношений. Время беспощадно забирает то, чему так все радуются. Постепенно люди начинают отворачиваться друг от друга, перестают понимать друг друга, а в один прекрасный день, они просыпаются, смотрят друг на друга и синхронно задаются лишь одним вопросом: «Кто ты такой и почему лежишь в моей кровати?»

Демон уже ни на микросекунду не задумывался о реальной сложности человеческих взаимоотношений, о безумном спектре их необъяснимых чувств и вмешательствах кровожадного сознания. Пока Харон смотрел на одержимых страстью, возможно, любовью людей, он пытался их сразу же понять.

Любое человеческое движение Харон примерял на себя. А смог бы он также? Что вообще он испытывал к этой девушке с печатью Люцифера? И испытывал ли?

Безусловно, он точно понимал, что хочет ее попробовать в постели, от нее пахло сексом, и, несмотря на то, что она была совсем юной и чертовски неопытной, демон чувствовал непреодолимую сексуальную тягу. Хорошо ли это? Достаточно ли этого для женщины? Во снах секс – это все, что было нужно. Ему никогда не отказывали, никогда не стеснялись, но всегда хотели. Все его женщины просто ждали повторения в следующем сне, не думая о том, что умрут после первой ночи. Никто из них и подумать не мог, что такое может случиться в реальности.

Харон наблюдал за всеми. Он слушал людские речи и подслушивал их мысли. Довольно часто то, что говорилось не совпадало с тем, о чем думалось. Иногда говорилось красиво, что даже Харон заслушивался. А в голове текли дикие мысли о том, как все достало. Реже, думалось хорошо, а говорилось еще лучше.

Харон был решительно настроен не разочаровать своего повелителя и девушку, которую ждало малоприятное будущее.

4 сентября 2013 (полдень, среда)

Виктория ехала в метро, с левой стороны ее поддерживал Харон. Она ехала на стотысячное собеседование, демон просто сопровождал.

Они оба молчали. Виктория вышвыривала мысли из головы одну за другой, пока сильные руки обнимали ее. Харон улыбался, наблюдая тщетные попытки перестать думать о любви.

Такой странный и непонятный казус для него: вначале ищут любовь, долго и страстно ищут, перепробовав много горестей. Потом некоторым везет и они находят ее. Вместо того, чтобы полностью подчиниться, поддаться этой любви, они начинают выгонять ее из головы и сердца. Ну в чем же дело? Как так можно?

Виктория искала оправдания себе: у меня собеседование, не хочу выглядеть глупо.

– Виктория Драхе? – в огромном коридоре появилась миловидная девушка.

– Да. – Вика улыбнулась, поднимаясь со стула.

– Давайте знакомиться. Меня зовут Анна. Я специалист по подбору персонала.

– Виктория. Специалист в области дизайна.

– Хорошо, Вик. Очень приятно познакомиться. Расскажите немного о себе.

– Я закончила….

Неожиданно перед глазами появилась тьма. То была непросто непроглядная тьма, а субстанция в которой можно было бы блуждать бесконечно долго, так как сквозь мрачную завесу все равно виднелись серые дорожки, которые то и дело пересекались. Лабиринт. Ужасный страшный лабиринт.