— Больше жизни, — солгал Дилан, запоздало ответив на вопрос мальчишки.

Не уловив фальши в голосе собеседника, довольный Рик собирался что-то сказать по этому поводу, но увидев храмовника, быстрым шагом идущего в его сторону, поспешил отойти от клетки, напоследок бросив, чтобы Дилан не вздумал взболтнуть лишнего. Подошедший к клетке мужчина был одет точно так же, как и пропавшая Эллара. Ему даже захотелось спросить визитёра о судьбе пропавшей девушки, однако интуиция подсказала Мастерсу, что лучше этого ни делать. Остановившись перед клеткой, мужчина в белом окинул пленника презрительным взглядом, от чего у Дилана появилось желание заехать ему по физиономии.

— Кто ты такой и откуда явился? — спросил храмовник надменным тоном.

Ответа не последовала. Мужчина нахмурился и повторно задал вопрос, только теперь уже более раздражённым тоном.

— Не тратьте время впустую. Он вас не понимает, — внезапно подал голос Рик.

Храмовник обернулся, и окинул мальчишку недоверчивым взглядом.

— Что значит не понимает? Он глухой? — уточнил он.

— Я сам пытался его разговорить, но это пустая трата времени. Он не разговаривает на общем языке, — объяснил мальчишка.

Пользуясь тем, что Рик своей болтовнёй отвлёк храмовника на себя, Дилан торопливо снял со своей шеи медальон. Едва он успел спрятать его в карман, как храмовник обернулся.

— Маленький засранец дело говорит. Не понимаю я что ты там бормочешь, — проговорил Мастерс озадаченным тоном.

Естественно, нахмурившийся храмовник не понял ни слова. Он попытался задать пленнику ещё несколько вопросов, но Дилан в ответ лишь недоумённо хлопал глазами, всем своим видом давая понять, что и рад бы прояснить ситуацию, да только это ни в его силах. Храмовник что-то проворчал, и пошёл прочь от клетки, а Мастерс поспешил вновь надеть медальон.

— Мудрое решение. Чем позже Ариус и его прихвостни узнают, что ты понимаешь общий язык — тем лучше, — похвалил Рик Дилана.

— Я не знаю кто такой Ариус и знать не хочу. Если твой хозяин чего-то от меня хочет, пусть сначала вытащит меня отсюда, — потребовал Мастерс.

— Об этом можешь не волноваться. Очень скоро ты окажешься на свободе, — заверил его мальчишка.

— Когда?

— Как только твой недавний собеседник договориться с капитаном.

Дилан нахмурится.

— И что это значит? — спросил он.

— Только то, что скоро ты окажешься в столице, и снова встретишься со своей потерянной подругой.

Слова мальчишки одновременно обнадёжили и взволновали Дилана. С одной стороны, Мастерсу хотелось вновь встретиться с Элларой. Общение с ней ему импонировало намного больше, нежели с ворчливым храмовником. Но с другой стороны, его тревожил Рик. Этот мальчишка не только слишком много знал, но и вёл себя совсем не так, как обычно ведут себя дети.

“Хотя откуда мне знать что собой представляют дети этого мира? Может они все так себя ведут!” — подумал Дилан, глядя вслед уходящему мальчишке.

Только он успел разделаться со своим завтраком, как предсказание Рика сбылось. Вернувшийся вместе с Рилэном храмовник приказал капитану открыть камеру, что тот без малейших возражений и сделал. За этим последовал обмен короткими фразами, после которого столичный маг жестом приказал пленнику выйти из клетки. Поднявшийся на ноги Мастерс отряхнул штаны, и приблизился к храмовнику. Что-то недовольно пробубнив себе под нос, мужчина положил Дилану руку на плечо, и телепортировался в Данмур.

Пребывание на свободе оказалось недолгим. Вместо того чтобы доставить хромающего грязного пленника прямиком в кабинет магистра, угрюмый храмовник отвел его в подземелье. Недолго любовавшийся местными достопримечательностями Мастерс догадался, что его вновь собираются посадить в клетку, уже тогда, когда вместе со своим конвоиром добрался до лестницы, ведущей на нижний уровень. Парень не строил иллюзий по поводу своей дальнейшей судьбы, и успел приготовиться к худшему. Спускаясь вниз, он представлял, что прогулка закончится в мрачном тёмном каземате, обставленном дыбами, раскалёнными жаровнями и железными девами. Действуя в лучших традициях средневековой инквизиции, люди в белых одеждах довершат до, что не доделали солдаты с заставы, и заставят пленника пожалеть о том, что он не умер в демоническом измерении.

К счастью, опасения Дилана не подтвердились. Никаких умирающих бедолаг и пыточных приспособлений в подземелье не оказалось. Более того, на нижнем уровне царила практически идеальная чистота, что немного сбивало Мастерса с толку. Даже наличие комнат, выполнявших функцию тюремных камер, не вызвало у Дилана тревоги.

Остановившись рядом с крайней дверью, угрюмый храмовник приложил к ней обе руки, и только затем открыл. Данные камеры предназначались для содержания адептов тьмы, и были защищены особыми магическими печатями. На самих же дверях были установлены надёжные замки, вскрыть которые было непросто даже опытным взломщикам. Снять магическую печать возможно было лишь снаружи, что сопровождавший Дилана храмовник и сделал, когда коснулся двери. Затолкав парня в камеру, и захлопнув за ним дверь, мужчина отправился прямиком к магистру.