Все происходило словно в каком-то дурном и совершенно нереальном сне. Она шла как в тумане, даже не запомнив, как поднималась на этаж и открывала квартиру. Упав на кровать, девушка уставилась в потолок. Она раз за разом прокручивала в голове их разговор с опером, и все сказанное им казалось полным абсурдом.

Через несколько минут девушка поднялась с постели, подошла к окну и, отодвинув штору, выглянула во двор. Павел и Саша стояли друг напротив друга и о чем-то спокойно разговаривали.

Вернувшись обратно на кровать, она продолжила изучать потолок, втайне надеясь, что после всего сказанного Саша не станет подниматься к ним домой. Через полчаса хлопнула входная дверь, и на пороге комнаты появился Паша. Он стоял молча, разглядывая сестру и хмурясь.

– Не понимаю, почему ты упрямишься? – брат присел на краешек кровати рядом с ней и вздохнул.

Катя молчала и продолжала разглядывать потолок.

– Дай ему шанс, – проговорил брат, разглядывая свои ладони. – Увидишь, Саша – хороший парень.

– Он совсем не тот, за кого себя выдает, – усмехнулась девушка. – Неужели ты еще этого не понял?

– Не говори глупостей, – серьезно и как-то устало сказал Павел. – Он уже не знает, как к тебе подойти, ты пресекаешь все его попытки.

– Вы, что, все это время говорили обо мне? – она покачала головой. – Боже, когда же ему это уже надоест…

Павел смотрел с недоумением, словно пытаясь понять, почему она упрямится.

– Ты можешь общаться с ним, сколько хочешь, но меня пусть оставит в покое, – сказала Катя, четко проговаривая каждое слово. – Знаешь, как говорят, «насильно мил не будешь».

– А еще говорят, главное, чтобы женщина нравилась мужчине, а со временем ко всему можно привыкнуть, – мрачно сказал брат.

– А с какой стати я должна пытаться к нему привыкнуть? – задохнулась она от возмущения. – У меня вообще-то совершенно другие планы на мою жизнь! Мою! И я буду жить так, как считаю нужным, и влюбляться в того, в кого захочу, – зло сказала девушка и, отвернувшись к стене, уткнулась лицом в подушку. Из глаз полились злые слезы. До сих пор с трудом верилось, что единственный близкий человек, родной брат предал ее, перейдя на сторону своего мнимого друга.

– Как бы тебе не пришлось потом об этом пожалеть, – вздохнул Павел и, поднявшись, покинул комнату.

Два месяца спустя

– С какой стати я должен увольнять своих сотрудников? – возмутился хозяин магазина в крупном торговом центре.

– Не сотрудников, а одну сотрудницу, – поправил его молодой парень, широко улыбнувшись. Рядом с ним стоял второй, он молчал и лишь хмуро смотрел по сторонам.

– И как я ей это объясню, когда я только-только взял ее на работу? – развел руками мужчина.

– Сокращение штатов, – продолжал улыбаться парень.

– Нет, это немыслимо, – тучный мужчина вытер платком выступивший на лбу пот. – У меня сотрудников не хватает, торговать некому. Эта девочка так вовремя нам подвернулась…

– Слушай, я могу сделать так, что тебе вообще сотрудники не понадобятся, – парень перегнулся через край стола и добавил: – Скажем, проводку замкнет как-нибудь ночью, и весь твой магазин сгорит ко всем чертям.

– Но я ведь исправно плачу… Руслану Сергеевичу, – снизил тон мужчина. – Не понимаю, какие у вас ко мне претензии…

– Да нет у меня к тебе никаких претензий, – вздохнул Саша. – Просто уволь девчонку, и я о тебе забуду.

Они вышли из торгового центра на улицу и остановились на ступеньках. Палящее солнце, казалось, вот-вот расплавит асфальт. На ярко-голубом небе не было ни облачка. Похоже, лето под конец решило оторваться на полную катушку.

– Может, зря мы? – спросил Павел, взглянув на Сашу.

– Что зря? – опер прикурил сигарету. – Ты хочешь, чтобы твоя сестра из-за своих дурацких принципов закинула учебу и всю жизнь пропахала от темна до темна в каком-нибудь магазине дешевой бижутерии?

– Я надеюсь, что она все-таки сама одумается, – растерянно проговорил парень.

Саша взглянул на него с удивлением.

– Надейся только на себя, – сказал он твердо. – И не жди подарков от судьбы.

Он стал медленно спускаться по ступенькам вниз, и Павел последовал за ним. Они сели в машину опера, и Саша включил кондиционер, наслаждаясь легкой прохладой в столь раскаленный день.