Он открыл рот, собираясь возразить, но потом крепко сжал губы. Я снова протянула ему лавровый лист, и, в конце концов, он нерешительно его взял.

Хорошо, проворчал он. Но я сохраню его для тебя. Не больше. Он убрал лист в карман своих брюк, затем посмотрел на меня своими светло-голубыми глазами и сделал кое-что, чего я не ожидала от него даже через миллион лет. Он подошёл, поднял руки и прижал меня к себе.

Если мне повезёт, и у меня когда-нибудь родится дочь, то я надеюсь, что она будет такой же, как ты, Гвендолин, прошептала он.

У меня застрял ком в горле, я кивнула, изо всех сил стараясь сморгнуть слёзы. Это одна из самых приятных вещей, которые он когда-либо говорил мне.

А вы заменили мне отца, Никамедис, прошептала я в ответ.

Он ещё крепче прижал меня к себе. Я медленно отстранилась. Мы оба, Никамедис и я опустили взгляд, чтобы не смотреть друг другу в глаза. Нюкта, до этого сидевшаяна столе, тихо заскулила. Я подошла к ней и почесала между ушей, как делала уже сотню раз. Она довольно вздохнула. Тогда я направила свои чувства к ней, в попытке показать, как сильно люблю ее. В ответ она замахала хвостиком. Я в последний раз погладила её, а потом заставила себя отойти.

Позаботьтесь о Нюкте, хорошо?

Не беспокойся, Гвендолин.

Никамедис выпрямился настолько, насколько мог.

Я отнесу её к себе и если потребуется отдам за неё жизнь, чтобы защитить.

Я кивнула. В нем я уверена. Теперь настало время Вика. Последние несколько часов он молчал, набираясь сил перед предстоящей битвы.

Я подняла меч так, чтобы взглянуть ему в глаз.

— Ты готов? — спросила я.

Его рот изогнулся в широкую ухмылку, а в фиолетовом глазе вспыхнуло предвкушение.

— Я создан именно для этого, Гвен. И ты тоже. Вот увидишь. Мы прекрасно переживём эту битву. С горой мёртвых Жнецов вокруг нас! И Локи, корчащимся у наших ног!

И снова он завел одну из своих тирад. Я позволила ему громко и взволнованно трендеть, не особо прислушиваясь, но продолжала смотреть на Вика, запоминая его лицо на тот случай, если это будет нашей последней битвой.

— Что ж, — сказала я, когда он, наконец, закончил. — Полагаю, нам пора приступить к работе.

Я отсалютовала Виком перед Никамедисом и Нюктой, после чего поспешила на улицу, чтобы присоединиться к остальным. Выйдя из библиотеки, я быстро спустилась по лестнице и остановилась рядом с двумя статуями грифонов. Я была не единственной. Карсон сидел рядом с каменным изваянием, потирая рог Роланда. Он переводил взгляд с рога на статую, туда-сюда, будто между ними была какая-то связь. Дафна стояла прямо рядом с ним, а ее лук Сигюн натянут и готов к бою.

Если дела пойдут плохо, она должна будет поспешить к одному из балконов и прикрывать нас, пока мы будем отступать в библиотеку. Ну, скорее всего так и будет, потому что армию возглавляет Локи. А я даже не представляю, какую магию сможет использовать Протекторат, чтобы остановить бога. Но у меня было неприятное предчувствие, что я скоро это выясню.

Логан ждал меня на верхнем дворе, поэтому я поспешила к нему. Он был вооружён мечом Танатоса, а от холода дополнительно накинул серую мантию Протектората. Так же сделали и остальные студенты. Я была той единственной, кто находился без мантии, но моя в фиолетовую клеточку куртка была достаточно тёплой. Кроме того, скоро начнётся сражение, и тогда больше не будет иметь значения, во что мы одеты. Важным будет — выжить в бою.

Повсюду во дворе подростки и взрослые занимали оборонительную позицию, в то время как воины образовывали небольшие группы, чтобы прикрывать друг другу спины. Жнецы возможно и будут наступать с границы кампуса, но я практически уверена, что они прилетят еще и на Рух, так у них будет возможность атаковать с нескольких сторон.

Большая тень пронеслась по двору, и я затаила дыхание, подумав, что Жнецы уже здесь. Я запрокинула голову, и тогда мне стало ясно, что вожак грифонов приземлился на башню библиотеки. И он был там не один. Его сын и еще один грифон, которого я не знала, но видела несколько раз прежде. Должно быть, это те, которые, по словам Рори, прятались в парке за домом моей бабушки.

Я помахала им, в ответ главный грифон издал пронзительный крик. Один за другим грифоны присоединялись к его боевому кличу. На сердце стало легче от того, что они будут сражаться на нашей стороне до победного конца. Грифоны Эйр ненавидят Жнецов и то, как они порабощали грифонов, птиц Рух, Немийских охотников и других существ.

— Пошли, — скомандовал Логан, когда клич грифонов стих в стенах академии. — Мой отец внизу, возле главных ворот.

Я кивнула. Вместе мы прошли к другому концу двора. И снова я обратила вниание, как всё смотрят на меня и перешептываются. Поэтому подняла голову и постаралась выглядеть настолько сильной и самоуверенной, насколько могу, хотя у меня дрожали ноги, а колени при каждом шаге угрожали подкоситься.

Когда мы спускались вниз по холму к нижнему двору, нам встречалось всё больше охранников Протектората. На каждом воине надета серая мантия и в руках они держат, по меньшей мере, по одному оружию. Охранники — наша первая линия обороны, в то время как студенты и взрослые на верхнем дворе служили в качестве подкрепления. А последним местом отступления была библиотека.

Мы нашли Линуса, Сергея, Инари, Алексея и Оливера рядом с небольшим кленовым лесом, на расстояние примерно пятидесяти метров от главных ворот. Как и на всех, на них были серые мантии, а в руках мечи. В случае Алексея два клинка, так как он держал в руках мечи Руслана.