– А как мы ее найдем, чешуйку-то? Там же темно!

– Не вздумай зажечь огонь! Сухой лишайник плетьми свисает… как полыхнет!

– Ребята, мне страшно, – тоненько пожаловалась девочка. – Будто кто-то меня жесткой лапой трогает.

Ее напарники без улыбки переглянулись. Они знали: у Нитхи обостренное чутье на опасность.

– Ясное дело, – хмуро кивнул Нургидан. – Надо пошустрее крутиться, пока этот, с жесткой лапой, не прилетел.

– А уж учитель-то нам устроит… – тоскливо отозвался Дайру, который самым серьезным источником неприятностей явно считал не дракона. – Ладно, ищем. Нургидан, постой у входа, повысматривай крылатого…

В другое время Нургидан вряд ли позволил бы собой командовать. Но сейчас его острое чутье было оглушено застарелым смрадом, царящим в драконьем логове. Лезть в эту вонючую мглу, перебирать кости, некогда извергнутые драконом, искать на ощупь чешуйку, которая неизвестно как выглядит: никто из учеников Шенги не видел дракона вблизи… Оно и понятно, раз живы еще.

На миг по позвоночнику скользнул холодок, но юноша повел плечом, дерзко усмехнулся и шагнул в полосу света.

Что-то сильно толкнуло его сверху – повалило, ринувшись с ветвей. Он не успел выхватить меч, но, падая, вскинул перед собой руки, вцепился в мягкий желто-бурый мех и с напряжением остановил перед своим лицом пасть убийцы. Желтые клыки лязгнули у горла. Зловоние из глотки твари смешалось с напряженным дыханием человека. Неистовая жажда убийства, затянутая в пятнистую шкуру, прижала юношу к камням.

На шум схватки выбежали друзья Нургидана.

– Каомра! – в ужасе выдохнула Нитха. – «Смерть-кошка»!

Она не походила на кошку, эта тварь с мордой гиены и телом гигантской куницы, что извивалась сейчас у входа в драконье логово, норовя добраться до горла Нургидана.

Нитха вскинула арбалет.

– Не стреляй! – крикнул Дайру.

Но девочка уже сообразила, что стрелять нельзя. И еще она поняла: на камнях барахтаются уже не человек и зверь.

Два зверя!

На миг свирепый клубок распался. Друг против друга замерли два хищника. Гибкая куцехвостая каомра с выбегающими из пасти кривыми клыками – и громадный волк, мощный, поджарый, широкогрудый, бесстрашно скалящийся на свою противницу.

Мгновение молчаливого противостояния – и вновь яростная схватка!

Она закончилась быстро. Рычащий и визжащий ком вновь распался – и каомра, изрядно потрепанная, пустилась наутек. Она прихрамывала, но двигалась шустро.

Победитель-волк скачками понесся следом.

– Нургидан, стой! Вернись! – заорал ему вслед Дайру.

Нитха молча хлопнула мальчика по плечу. Дайру обернулся – и окаменел…

Да, дракон умеет пикировать на добычу, взметая вокруг вихри и издавая устрашающий рев. Но может бесшумно спланировать на мягких кожистых крыльях – ни былинки не стронет, ни листочка не потревожит.

Хозяин логова сидел на краю древесного «свода» и, склонив огромную плоскую голову, с интересом разглядывал перетрусивших гостей. В круглых янтарных глазах не было ни гнева, ни ярости: кто же гневается на внезапно подвернувшийся обед?

Ребятишки шагнули друг к другу, сразу перестав быть взрослыми, умными и отважными. Нитха держала наготове арбалет, понимая, что помочь он может не больше, чем простая палка. Куда стрелять? В глаз? Мозг стрела не заденет, а вряд ли дракон с одним глазом будет к ним снисходительнее, чем дракон с двумя глазами.

Могучий ящер завозился на своем «насесте», поудобнее свесив длинный чешуйчатый хвост. Дерево колыхнулось под весом чудовища, накренилось, и дракон мягко съехал на дно ущелья. Теперь грозная голова была совсем близко от добычи. Янтарные глаза скользнули по закаменевшим человеческим детенышам: ну, кого первого жрать будем?

Из-за плеча Дайру метнулась серая молния: волк бесстрашно прыгнул, целясь клыками в горло дракона.

Самый грозный хищник Подгорного Мира даже не соизволил открыть пасть. Лишь мотнул гибкой сильной шеей – и удар массивной головы отшвырнул вытянувшегося в прыжке волка. Так умелый воин щитом отбивает летящий дротик.

Волк отлетел к склону ущелья, ударился о скалу. На миг Нитха отчаянно скосила глаза и увидела растянувшегося на камнях темноволосого подростка.

Оглушен? Мертв?

И тут девочка забыла даже о друге, потому что ее беззвучно окликнула смерть.

Пасть распахнулась. Она была бездонной и жаркой, с решеткой из клыков и длинным раздвоенным языком. Она завораживала, эта пасть, она притягивала взор, она выпивала жизнь, она… она…

Между беспомощными детьми и чудовищем взметнулся коричневый плащ. Невысокий коренастый человек, одним толчком отшвырнув обоих подростков, встал перед разверстой пастью ящера. Короткий взмах руки – и голову дракона окутало облако желто-бурой пыли.

Эффект оказался потрясающим. Раздался вой, превратившийся в тонкий визг, – неужели жуткая драконья глотка могла издавать такие жалкие, беспомощные звуки? Могучий хищник растянулся на дне ущелья, забил хвостом – от замшелых валунов осколки полетели! – и начал тереть нос передними лапами. Точь-в-точь щенок, сунувшийся понюхать ежика.

– Уходим! – загремел властный голос. – Быстро! Нургидану помогите, обормоты!

– Ну и кто из вас, мерзавцев, окажется самым нахальным и осмелится объяснить мне, за каким-растаким демоном вас понесло в драконье логово?