У меня не было причин не любить их. Скорее всего, предки современных дельфинов были непосредственной добычей моего первого "Я", жившего много веков назад. А может, не добычей, а врагами, не суть важно. Главное, при таком раскладе я хотя бы перестаю чувствовать себя подводным расистом.

Дельфинов было восемь, людей - шесть. У людей были ружья, вернее, усовершенствованные гарпуны, а у дельфинов - броня и лезвия, самое страшное из которых размещалось на морде. Я бы на месте людей уплывал отсюда как можно быстрее, но конкретно эти люди оказались смелыми до глупости и решили остаться.

Ладно, посмотрим, что из этого выйдет.

Для начала они начали стрелять. Ружья у них и правда были неплохие: быстро перезаряжающиеся, дальнобойные, очень удобные. К сожалению, пластины, из которых была сделана защита верещалок, оказались гораздо толще. Только один гарпун был полезен: тот, что попал прямо в глаз.

Смерть одного дельфина разозлила остальных, заставила двигаться быстрее, наполнила несвойственной этим существам жаждой крови. Хотя я не был особо удивлен - от верещалок всего можно ожидать, даже противоестественного поведения.

Люди по-прежнему не соображали, с чем столкнулись. Они выхватили ножи и приготовились перерезать дельфинов вручную; это было настолько нелепо, что я даже хотел вмешаться... но не успел.

С этими животными работал великолепный тренер, потому что дельфины нападали очень слаженно, не мешали друг другу и никого не щадили. Они грациозно отплывали от ножей, чтобы потом развернуться и стрелой полететь на свою жертву. Если им удавалось вогнать лезвие на морде в тело человека, они на этом не успокаивались, а начинали вертеть головой, разрывая свою жертву на куски.

Они не могли всего этого знать инстинктивно, их кто-то научил. Мне уже хотелось оторвать этому человеку что-нибудь нужное. Знать бы еще, кто это!

Старания людей не были совсем уж бесплодными: им удалось найти слабые места в броне и отправить на дно еще двух дельфинов. Но в целом, исход битвы был предрешен еще до ее начала. Терпеть не могу такие сражения!

Последний человек был особенно хорош: он остался один, но не собирался сдаваться, отчаянно пытаясь отогнать от себя оставшихся пятерых дельфинов. Человек был совсем молодой и боялся их до смерти, но не позволял подобраться к себе. Мне понравилось такое отношение к делу.

Поэтому я и сделал то, на что не имел права - я вмешался. Я подплыл незаметно, потому что одурманенные кровью дельфины видели только оставшуюся жертву. Впрочем, после того, как я разрубил одного из них пополам, ситуация в корне изменилась.

Увидев меня, они замерли, не решаясь напасть, и я почувствовал в них страх - даже в них, натренированных убийцах! Если они боятся меня на уровне инстинктов, значит, одна из моих догадок была верна: не дружили наши предки. Вероятнее всего, жрали друг друга, причем мои выигрывали чаще, потому что я дельфинов не боюсь, просто не люблю. Забавно отметить, что ничего подобного в отношении акул я не чувствую.

Инстинкты велели дельфинам уплывать, а многолетняя тренировка - остаться. Эта нерешительность их и погубила, потому что тот, перед кем противник, уже не имеет права сомневаться. Сначала выживи, потом думай!

Мой хвост пробивал их броню без особого труда, а вот когти и дополнительные шипы оказались бесполезны. Но это неважно, я и так справлюсь!

Дельфины сопротивлялись: крутили головами, нападали с разгона, пытались резануть меня посильнее. Словом, они делали все, чему обучили их люди, но к битве со мной они оказались просто не готовы. Один за другим дельфины опускались на дно, разрезанные, порванные, одного я даже умудрился насадить на лезвие другого. Под конец в воде, мутной от крови, остались только я да человек.

Шок - это довольно распространенная реакция на меня. Человек, пусть и прошедший определенную подготовку, был совсем молодой, младше Литы. Его учили убивать других людей, акул, дельфинов, но уж никак не морских монстров, которые за пару минут до этого ему жизнь спасли!

В принципе, я допускал, что моя встреча с нашими конкурентами возможна - при похожих обстоятельствах. Поэтому я заранее выяснил у Генсека, знающего английский, нужную мне фразу, выучил и теперь произнес:

– Keep this secret.

Я не был уверен, что сказал все правильно. Теоретически, это должно было означать "Сохрани все в секрете", но все-таки Генсек - не переводчик, а вояка, он и в трех словах мог ошибку ляпнуть.

Однако человек судорожно кивнул и начал подниматься к поверхности, потом повернул в сторону своего корабля. Надеюсь, он все понял.

Вот ведь как странно жизнь устроена. Я больше никогда не увижу этого человечка и скоро забуду его, как забывал других, встречавшихся на моем пути. А он, вероятнее всего, будет помнить эту встречу до самой смерти.