«Халк» смерил меня укоризненным взглядом, но все же направился в сторону чародея.

Я с интересом наблюдала за тем, как Олан, услышав новость, попытался вскочить на ноги, как дриада визжала о том, что ему необходимо лежать спокойно, и за тем, как рык Шакхарда звучал устрашительнее мантикориного.

С момента нашего возвращения из лабиринта прошли сутки. За это время стало известно, что будет третий тур, так как вместе с нами выжил ещё один участник, который спрятался в одном из ответвлений от основного коридора и просто переждал бурю. Именно с ним Олану предстояло выйти на арену и сразиться.

Ту самую арену, на которой должен пройти бой, быстренько соорудили на окраине города и уже продавали билеты на самое зрелищное действо последних двухсот лет.

В поместье придворного чародея нам вернуться не разрешили, поселили в палатке возле арены. На удивление, восторженные фанаты и фанатки не врывались в шатёр и не просили автограф. Или что в этом мире должны просить от кумира? Нанести шрам?

– Шакхард сказал, что нам придётся на публике выставлять себя парой, - скривился Олан.

– Это займёт ровно столько времени, сколько тебе идти отсюда до арены. Он сказал, что меня не выпустят на бой, а посадят на трибунах в первом ряду. Так что удачу я тебе обещаю.

– Спасибо, - не слишком радостно буркнул чародей.

– Ну что не так?

– Все будут меня жалеть, потому что я якобы проклят, - не стал утаивать он.

– Ты правда думаешь, что сильных жалеют?
– мой голос звучал надменно, но стоило это огромнейших усилий.
– Ты борешься за любовь и жизнь, по версии Шакхарда. Тебя уважают, а не жалеют. Жалость вызывают те, кто не в силах встать на ноги и противостоять своим проблемам. Они ноют, причитают и просят помощи. Вот таких жалеют.

Не знаю, подействовали ли мои слова, или чародею просто нечего было сказать, но он затих и отвернулся.

– Что из себя представляет последний этап?
– выждав несколько мгновений после пламенной речи, я задала вопрос.

– По-разному, - отозвался мужчина.
– Когда после встречи с монстром выживает лишь один участник, то он и становится Героем. Если выживают трое и больше, их отправляют ещё в какое-нибудь опасное место с важной миссией, а если остаётся двое, то их выпускают друг против друга. Такое было всего три раза за всю историю. И все разы это был маг против не мага. Угадай кто победил все разы, - хмыкнул он.

– Маги?

– Верно. Обычные люди, пусть они и были оснащены лучшим оружием, просто не могли подойти или попасть стрелой. Но в этот раз все сложнее. Мой противник тоже маг. Такое впервые.

– Ты знаешь его?
– мне почему-то казалось, что все чародеи друг друга знают.

– Нет. Впервые о нём слышу, потому и не знаю, выйду ли победителем, - он мне подмигнул.

Я аккуратно повернула голову и заметила за стеной палатки притаившуюся тень.

Мой выход.

– Конечно, победишь, - проворковала я в ответ.
– Ведь моя любовь будет оберегать тебя от опасности. Ты все сможешь, я в тебя верю.

За тканевой занавеской послышалось женское аханье, а потом звук удаляющихся шагов.

– Насколько же противно прозвучало, - вздрогнул Олан.
– Где ты таких фразочек набралась?

– Моя мама очень любила читать любовные романы, а когда выключали свет, читала мне их вслух.

– Издевательство над ребёнком, - покачал головой маг.

– 20 –

Дорога от палатки до арены оказалась поистине длинной. Олан недовольно бухтел по правую руку о том, что ему приходится наигранно улыбаться, а я мечтала, когда же его заставят заткнуться и сражаться против неизвестного мага.

Люди провожали нас взглядами полными любопытства и зависти.

Знали бы, глупцы, чему завидуете!

Эх, кто бы что ни говорил, а вот люди из разных миров ведут себя практически одинаково.

Наконец дорога довела нас до деревянных ступеней, ведущих вверх. Я уже говорила, что ненавижу лестницы? Так вот, я ненавижу лестницы! Ребята, ну у вас же тут полным-полно магов, ну придумайте что-нибудь повеселее!

Шакхард встретил нас наверху, передал меня в руки какому-то симпатичному мальчику, а Олана увёл дальше по узкому коридорчику.

– Пойдёмте, я покажу вам ваше место, - учтиво улыбнулся мне парнишка.

Пожелав остроухому чародею удачи, я направилась вслед за провожатым, который вёл меня странными петляющими коридорами, а потом вывел под открытое голубое небо.

Арена напоминала обычный футбольный стадион. «Поле», возможно, было поменьше тех, которые я видела, а вот все остальное такое же. Мне досталось место в VIP-зоне, в первом ряду. Если ряды, находящиеся выше, состояли из деревянных, прибитых к полу, сидений, то тут стояли глубокие тёмные кресла с высокими спинками и удобными подлокотниками.