– Говорят, этот Рябой, или Рябый, его и так, и так зовут, зарекомендовал себя как человек слова.
– Встав, Седой достал с полки одну из белых папок и, открыв, протянул другу.

Манчестер внимательно прочёл содержимое и, ещё раз посмотрев на фото ярко рыжего парня с веснушками по всему лицу, положил досье на стол.

– Гляди, как бы их ещё и всемирными героями после этого не провозгласили.
– сказал он, похлопав папку.

– Могут. Я вот думаю, как бы из соседнего региона людей с толку не сбили и в эту кашу не замешали. Нехорошо получится.

– Не замешают. Как понимаю, у этих двоих конкретная цель, и делиться своим куском они не собираются. Жаба задушит. А с соседями придётся делиться территорией.

– Вероятно, так и есть. С внешниками договорились рассчитаться, доставив им Дока, и по возможности мутантов, хоть одного. С мурами расплатятся оружием, снарягой и людьми, нашими людьми. Кстати, ты знаешь, сколько обещали за наши с тобой головы?
– усмехнулся Седой, - по красной жемчужине!

– А за живых сколько?

– За живых - ничего не говорил. Видимо, живыми брать не рассчитывают, боятся, паскуды. Зато про Батона сказал, что с мурами спор за него получился серьёзный, чуть не до драки. Эмберцы хотят его живого и невредимого себе в личное пользование, а муры упёрлись рогом, мол, лекаря не трогать, это их собственность и не канает!

– Тоже в пользование?
– хохотнул Манчестер.

– А то!
– улыбнулся ментант.
– Коктельчики нашего горца, оказывается, пользуются огромной ценностью далеко за пределами этой области. Люди за них жемчугом платят!

– Ого! Я и не знал!

– Я вот тоже не знал. Упущение, однако... Надо Батону сказать. Думаю, и для него это новостью окажется... весёленькой.

– Не, не надо, а то зазнается и взорвётся от осознания важности собственной персоны.
– Натянул щёки в улыбке.

– Ну, ты же не взорвался до сих пор. Хотя...
– Седой оценивающе смерил взглядом объёмы Манчестера и, усмехнувшись, остановил свой взгляд на объёмном пузе.

– Это, Седой...
– начал Манчестер, хлопая себя по пузу.

– Ага, комок нервов, - хохотнул друг.

– Нет. Это склад!
– ответил купец, любовно поглаживая живот.

– О, как?! И что же там хранится?

– А там, друг мой, хранится смекалка и жизненный опыт и, если всё это взорвётся, вы помрёте, как тараканы, но не от взрыва, а от нахлынувшей на вас информации. Попросту, не сможете её переварить!

Седой качал головой и смеялся:

– Ну ты... ну ты.... как ляпнешь чего!
– хохотал он и пытался налить очередную порцию коньяка, плеская жидкость на стол.

– Не вовремя наши уехали, ох, не вовремя...

– Беда, она всегда не вовремя приходит. Ничего, прорвёмся.
– Седой протянул другу рюмку и закуску.

– Не, лучше конфетку дай.

– Одно не пойму, почему за Дока дают так много.
– Седой подал товарищу коробку с его любимыми шоколадными конфетами, которые держал именно для него.
– Неужели никого больше с подобным даром нет, и он в единственном экземпляре?

– Нет, конечно. Есть люди с похожим даром, но никто же не знает, как именно появляются Разумные мутанты. Видимо, думают на единоличное воздействие. Им не известно, что вполне достаточно воспитать одного, и он уже сам создаст всех остальных и, что без правки сильнейшего ментанта эту затею лучше и не начинать, потому как она так потом аукнется, что действительно, в Улье, придёт конец человечеству. Думаю, что нас бы разводили, как скот на фермах, для еды.
– Манчестер хищно глянул на очередную конфету и потянул к ней руку.

– А насчёт похожих с Доком даров, слышал я, причём не так давно, что есть трое. Один, вроде нас, сторожил этого мира, лекарь, заделался в пилигримы, как Кир наш когда-то. Ходит по Стиксу в компании с парочкой матёрых мутантов, ручных, или Разумных, не знаю точно. Второй, кваз, вот у него точно такой же дар и там тоже замес какой-то странный, с внешниками. Охотятся на ребят, вот только так и не понял, на него, или на его друга. У друга, кстати, тоже что-то редкостное. Ну, а третий, так вообще, там всё настолько странно и непонятно, что слухи ходят противоречивые. Знаю точно только, что и там не всё неладно. Парень вселялся в тело мутантов, и довселялся, что сам стал элитником, но с сознанием человека, а потом исчез резко, в неизвестность. Не мог он с толпой смешаться, или уйти незамеченным из того региона, слишком приметный элитник получился. Вот я и думаю, что и там без внешников, скорее всего, не обошлось. Вот зачем им такие, как Док, и те ребята, я так и не додумался пока что, хоть и весь мозг уже сломал. Думаю...

– Видимо, зачем-то надо...
– налил ещё по одной порции.

– Говорил я вам, пусть мальчик в стабе сидит, Ксер ведь, развивался бы, торговому делу бы у меня обучался. Ан, нет! Заехала вожжа под хвост, и давай скакать, аки кони по всему Улью! У меня на вас, иногда, просто зла не хватает!

– Добрый ты слишком, вот тебе и не хватает.... Ладно, не кипятись, придумаем чего-нибудь. Вспомни, мы ведь и не из такого дерьма вылезали.

– Угу... когда это было...
– вздохнул толстяк и, стукнув своей рюмкой о рюмку друга, хекнув, влил в себя благородный напиток.