— Ты сейчас не спишь, а двигаешься быстрее молнии, — возразила она.

— Не забывай, я продвинутый лунатик. Чем больше лунных снов, тем сильнее и быстрее становишься. У тебя все впереди! Музеи вон грабить уже умеешь, — пошутил Лис.

— Я все думаю, — нахмурилась Соня, — почему я? Почему именно меня Полозов отправил в музей? Как он вообще меня нашел?

Вопрос остался без ответа, Лис только крепче сжал ее локоть, давая понять, что он рядом. Соня, смутившись, высвободила руку и через два шага снова споткнулась о железку, торчавшую из земли. На этот раз на глазах Яра, который уже дошел до забора и обернулся на них.

— Давай я тебя доведу. — Лис взял ее за руку покрепче. — Надежнее будет.

Яр легко перемахнул через стену, а Соня растерянно остановилась и задрала голову. Неужели в лунном сне она сама перелезла через забор?

— Подсадить? — понимающе предложил Лис.

И Соне ничего не оставалось, как принять его помощь. На верху забора она задержалась — взглянула на убывающую луну, висевшую над стрелой строительного крана и тающую на глазах. Даже не верилось, что сегодня ночью она забиралась так высоко… Яр, ожидавший внизу, подставил руки:

— Прыгай, не бойся.

— А я не боюсь! — Соне даже стало обидно, что ее минутную заминку он расценил как нерешительность.

Она прыгнула, и Яр крепко обхватил ее за талию, а затем бережно поставил на землю. Следом спрыгнул Лис, ловко приземлившись на обе ноги.

— Вот и все в сборе, — насмешливо прозвучал незнакомый голос.

Соня, вздрогнув, обернулась. Их уже ждали.

Секретная лаборатория

Желтый полумесяц завис за окном кабинета. Профессор Полозов стоял у окна, нетерпеливо всматриваясь в темноту. Его глаза покраснели, на щеках пробилась щетина. Он не спал уже вторые сутки. Не мог заснуть после вчерашней неудачи…

Тихонько отворилась дверь, в кабинет скользнула Илзе, а вместе с ней — аромат свежесваренного кофе.

— Я подумала, ты захочешь взбодриться.

Он благодарно улыбнулся, принимая горячую чашку. Илзе кивнула и вышла за дверь. Повезло ему с ней, подумал он, делая глоток кофе. Понимает с полуслова, лишних вопросов не задает…

Аркадий не любил ни одну из своих жен. И Лида и Кристина были для него в первую очередь подопытными — таинственными лунатиками с фантастическими способностями. С Илзе все было иначе — с самой первой минуты, когда новенькая аспирантка переступила порог научной кафедры. В льдисто-голубых, как Балтийское море в ее родном краю, глазах Илзе горел научный интерес, и Полозов сразу понял, что эту стройную блондинку не смутишь нетрадиционными методами исследований. То, что приводило других в ужас и негодование, в Илзе не вызывало ни малейших колебаний. Она стала ему верной соратницей и в чем-то даже соучастницей. Она была в курсе всех его исследований и ждала результатов с таким же азартом, как и он сам. Впервые рядом с ним была женщина, целиком разделявшая его взгляды. Внешняя холодность Снежной королевы непостижимым образом сочеталась в ней со страстью к работе, аналитический ум шел в комплекте со сногсшибательной красотой, и Аркадий не мог устоять. Они обсуждали научные эксперименты прямо в постели, после жаркого секса. И Аркадий мог не бояться увидеть осуждение и непонимание в ее глазах — для Илзе он был светочем, чьи методы и идеи не ставились под сомнение.

До встречи с Илзе он верил в науку. Но в случае с лунатиками никакие законы науки не действовали. Он потратил годы на эксперименты над сыновьями, пытаясь выяснить природу их сверхспособностей. Он провел сотни опытов, пытаясь подчинить себе мозг других лунатиков. Ни магнитные волны, ни разряды тока, который он испытывал, в частности, на Елисее, не принесли никакого результата. На лунатиков действовал только гипноз.

— Забавно, — обмолвилась Илзе, когда он поведал ей о своем способе управления лунатиками, — ведь гипноз в переводе с древнегреческого означает «сон».

Когда на следующий день Илзе принесла ему старинную книгу, в которой упоминалось о воздействии на лунатиков лунного камня, он рассмеялся ей в лицо. Илзе невозмутимо дождалась, пока он отсмеется, и протянула ему старинную брошь из лунного камня, принадлежавшую ее прабабушке.

— Хотя бы попробуй. Если ты не можешь объяснить лунатизм физиологией, возможно, он подчиняется другим законам. — Прабабушка Илзе была ведьмой, и в его помощнице причудливым образом совмещались преданность науке и вера в потусторонние силы.

Брошь не сработала, Аркадий и не предполагал иного. А вот чего он вообще не ожидал, что в следующий раз Илзе притащит целую шкатулку лунных камней — самых разных оттенков, и один из них, голубой с редким синим свечением, окажется тем, что он искал все эти годы. Средством управления лунатиками.

Только синие адуляры из цейлонского месторождения обладали подобной силой. Проблема была в том, что месторождение иссякло полсотни лет назад. И чтобы отыскать еще один камень в частных коллекциях, уходило слишком много времени. За год он вместе с Илзе смог приобрести только шесть колец.

Полозов не мог понять, как камень действует на мозг лунатика. Пытался определить исходящие из него волны, измерить излучение — но по физическим характеристикам этот камень не отличался ничем от пригоршни других. Однако именно он, вставленный в кольцо, мгновенно погружал лунатика в лунный сон и делал послушным воле гипнотизера. Кольца подчинения и лунные татуировки сделали то, чего он не смог достичь с помощью науки, и он поверил в магию.

Он просидел сотни часов в библиотеках по всему миру, по крупицам выискивая информацию о лунных камнях. Древние римляне и индусы считали, что кристаллы образуются из затвердевшего света луны. Халдеи, жившие в Месопотамии, верили, что лунный камень раскрывает скрытые резервы организма, и использовали его в обрядах во время полнолуния. Все это казалось Аркадию сказками, не имеющими отношения к реальности. Но однажды он нашел то, что заставило его пересмотреть взгляды. Во французском средневековом фолианте, чудом сохранившемся после казни его автора-алхимика, упоминался редчайший желтый адуляр. Алхимик считал, что адуляр способен притягивать энергию луны, а в особенное время суперлуния камень становится кроваво-красным и наделяет своего владельца колоссальной силой. Алхимик, совершив самые значительные открытия в лунном сне, рассчитывал с помощью адуляра многократно усилить свои способности. Но не успел — был схвачен инквизицией и сожжен по иронии судьбы по обвинению в одержимости, коей считались проявления лунатизма. Все его имущество досталось инквизиции, редкий желтый адуляр бесследно исчез… Полозов не успокоился и стал искать упоминания о странных событиях, произошедших в суперлуние в той области Франции. И нашел. Двести лет спустя летописи упоминали о странном массовом происшествии. Десятки благочинных горожан вышли из своих домов прямо в ночных одеждах и колпаках и прошествовали к старой часовой башне на окраине города. Как утверждал автор летописи, все они спали. И, самое удивительное, пройдя через весь город босиком по снегу, они не замерзли и не простудились…