— Ты что, меня боишься? — не поверила Соня. Она ведь мухи не обидит. И что бы ей ни внушил Полозов, вряд ли она представляет собой реальную угрозу для лунатиков. — Даю слово, — примирительно улыбнулась она, — что никого не трону.

— Ты не понимаешь. — Ви резко качнула головой. — Ты больше не отвечаешь за свои слова. Пока в твоей голове занозой сидит приказ Полозова, ты не принадлежишь сама себе.

— Тогда заприте меня, если вам так будет спокойнее. — Соня резко повернулась к застывшему позади Лису. — Тебе, кажется, поручили меня караулить? Пойдем. — И, не дожидаясь его, зашагала обратно к комнате.

Лис появился в комнате минут пять спустя, принес ей бутерброд с сыром и чашку чая.

— Не хочу. — Соня с трудом заставила себя отвернуться к окну. При виде еды ее одолел зверский аппетит, как будто она голодала три дня.

— Ешь. — Лис настойчиво впихнул ей в руки тарелку, а чашку поставил на подоконник. — После лунных снов всегда жор нападает.

Соня бросила на него удивленный взгляд: откуда он знает? Парень понимающе ухмыльнулся и отвернулся к окну, бросив:

— Я не смотрю!

Соня с жадностью умяла бутерброд, осторожно отпила из чашки чаю — он оказался не таким горячим. Вероятно, лунатики позавтракали, пока она спала, и кипяток успел остыть.

— Не переживай из-за Ви. — Лис ободряюще улыбнулся ей. — Она перенервничала из-за того, что вы двое пропали. Проснулась — тебя нет, Яра тоже, такой переполох устроила. Мы с Муромцем спросонья решили, что на нас напали. Потом часа три успокаивали Ви, она все рвалась вас искать.

— Я совершенно не помню, как мы вернулись, — удрученно призналась Соня. Кажется, после того как Яр увел ее от дома девочки-лунатика, он остановил машину. Водитель довез их до парка, а там они пересели на байк. Дальше — темнота.

— Вернулись вы эффектно! — Лис громко хмыкнул. — Яр внес тебя спящую на руках — и Ви просто онемела.

Соня поперхнулась чаем:

— Надеюсь, ты шутишь? — Немыслимо представить, что Яр тащил ее по лестнице на двадцать третий этаж.

— Нисколько. — Лис широко улыбнулся. — Видела бы ты лицо Ви!

Теперь ясно, почему Ви так ополчилась на нее. Спортсменка и правда была вне себя от страха сегодня — но она боялась не Сони, она боялась потерять Яра из-за Сони.

— Ви меня ненавидит, — расстроенно пробормотала Соня, ставя на подоконник пустую чашку.

— Да брось! Она отойдет. Если только… — Лис бросил на нее неожиданно острый взгляд, — ты не собираешься крутить роман с Яром у нее под носом.

— Разумеется, нет! — вспыхнула Соня.

— Тогда причин для беспокойства нет. — Лис беспечно засвистел, взял пустую посуду и направился к выходу. — Отдыхай, Софи.

Дверь хлопнула, закрываясь. Соня со вздохом опустилась на спальник. Похоже, пока она не выполнит приказ Полозова, она здесь больше не гостья, а пленница. Веки сомкнулись, и Соня сама не заметила, как уснула.

Сон четвертый

— Как можно спать в такую чудесную ночь? Ну же, Соня! Неужели ты не чувствуешь зов луны? — Лера распахнула окно и восторженно взглянула на небо, на котором таинственно сияла желтая луна.

— Я чувствую, что если я сейчас не лягу спать, то завтра завалю проверочную работу, — проворчала Соня, накрываясь одеялом. Иногда ей казалось, что это она — рассудительная старшая сестра, а Лера — непослушная и непоседливая младшая. — И что тебе не спится, Лера? Твои прогулки под луной могут быть опасны!

— Не будь занудой, — рассмеялась Лера, легко запрыгивая на подоконник. От этих ее пируэтов на краю карниза у Сони всегда сердце обрывалось в груди.

— Ну правда, Лер, если с тобой что-то случится, бабушка этого не переживет!

— Ничего со мной не случится! — Лера беззаботно улыбнулась и перешагнула с подоконника на пожарную лестницу. — Погуляю и вернусь! — Она на прощанье махнула рукой и скрылась из виду.

Соню вдруг накрыло предчувствием беды. Она поняла, что видит сестру в последний раз.

— Лера, стой! Лера! — Путаясь в одеяле, Соня соскочила с постели и высунулась в окно.

Она надеялась, что еще успеет уговорить сестру остаться, но едва бросила взгляд на небо, как поняла, что опоздала. Лестница, ведущая на крышу, была пуста. Лера исчезла без следа, словно растворилась в воздухе. От желтой луны на небе сквозило космическим холодом и безысходностью. И Соня зарыдала во весь голос, поняв, что потеряла сестру навсегда.

— Проснись! — Кто-то тряс ее за плечо, и Соня резко поднялась с постели. Только сестра будила ее так неожиданно и бесцеремонно.