– Нет, нет, я оплачу, однако, - пришлось перейти сразу на шестнадцатый лист. Угловой полулюкс, без балкона и включенного завтрака, с односпальной кроватью и без ванны — дороговато, но вполне могу себе позволить.
– Вот этот!

– Прекрасный выбор!
– оживился администратор, - Хотя, знаете что, - уголки усов, как и бровей, заняли первоначальное положение, даже, кажется, выше, отчего вид у него оказался озорным.
– Вы наш... не важно какой посетитель, и отель Белтрам предоставляет вам скидку на президентский пентхаус до размера... углового полулюкса. Добро пожаловать!

– Я даже не знаю...
– сказать, что удивлен — да, и очень приятно удивлен. Никогда не останавливался в президентских номерах.

– Эй, бой!
– крикнул администратор, хотя мог и не кричать, наверняка, у них была внутренняя сеть.

Рядом со мной тут же возник коридорный — невысокий парень в бордовой — под цвет дорожки — ливрее, при шапочке и с начищенной бляхой на груди.

– К вашим услугам, сэр.

Говорил не он, а кто-то позади меня, я обернулся — тележка для вещей протянула манипулятор к моей сумке.

– Вы позволите?
– голографическое лицо между позолоченными ручками приветливо улыбалось.

– Проводите джентльмена в президентский номер!
– торжественно произнес администратор, протягивая коридорному ключ с биркой.

– На следующем стереофото вы можете видеть султана Ю-Пина IV, останавливавшегося в нашем отлете во время медового месяца, после бракосочетания со своей сто тридцать четвертой официально женой.

– Сто тридцать пятой, - поправила коридорного тележка, - все время путаешь.

– Ничего не путаю, сто тридцать четвертой, ей была оперная дива Кала Мариасс, а сто тридцать пятый раз он женился на обычной официантке.

– Сам ты сто тридцать пятый женился на официантке! Не слушайте его, все было как раз наоборот. Официанткой была сто тридцать четвертая жена, с ней он тоже останавливался у нас, и оба раза я доставляла их вещи, ну и, доложу, одних чемоданов было больше ста, а еще пакеты, саквояжи, сумки, клетка с любимым розвульским драконом султана, его коллекция СД дисков, с которой он никогда не расставался, картины, гравюры, статуи, керамика…

Отели с искусственным интеллектом начали строить, почти сразу, после открытия технологий создания этого самого интеллекта. Тогда это казалось удачной идеей — полностью на самообслуживании, автоматизированные, подстраивающиеся под любые требования клиента. Ты мог быть сто стопроцентно уверен, что персонал всегда рад тебе, постель будет заправлена, а официант не плюнет в тарелку с супом.

– Вот мы и пришли — президентский пентхаус, - коридорный вставил ключ в замок.

« Неужели будет вращать?» – подумал я, но нет, конечно, это была имитация, даже не щелкнув, дверь открылась.

– Прошу, - мой провожатый вошел первым и, придерживая дверь, пригласил меня.

– Ох, простите, вы так быстро, - в конце небольшого коридорчика появилась горничная.

Как на мой взгляд, в отелях подобного рода фирменная юбка горничных должна быть подлиннее, а блуза снабжена менее глубоким вырезом.

– Как неловко вышло, я уже заканчиваю, - покачивая пышными бедрами, горничная прошла мимо коридорного и меня, намеренно, или случайно рука девушки коснулась моей, - всегда к вашим услугам.

Громко скрежетнул зубами коридорный.

Хохотнула тележка.

– Почему бы тебе не прибраться в соседних номерах, - желваки играли на лице под фирменной шапочкой.

– Как скажешь, дорогой.

Я удивился – что это за спектакль со сценой ревности, хотя, вполне возможно – не спектакль. Первые искусственные интеллекты наделяли эмоциями. Собственно, поэтому их и запретили. Тысячи активистов вышли на улицы с требованиями убрать чувствующих роботов. Даже нашлись доказательства, в правоте общественников. Один из слуг, устроив сцену ревности, убил свою хозяйку. Снабженная искусственным интеллектом секретарша умертвила себя и начальника за то, что тот несправедливо накричал на нее.

Потом оказалось, что сами же активисты и устроили эти преступления, но, как говорится, зерно уже было посеяно. Вскоре приняли закон, запрещающий что бы то ни было наделять интеллектом, а все подобные создания подлежали временной утилизации, то есть, со временем, по мере прихождения в негодность, их отключали. И все это было еще до моего рождения. Как же этому отелю удалось просуществовать так долго?

Номер и вправду оказался роскошным, хотя мне, собственно, не с чем было сравнивать. Окна в пол, деревянная мебель под старину.