– Он убьет тебя, и я тоже умру. Без тебя мне нечего, делать на Ганимеде, - подвывала я от страха.

– Еще не известно, кто из нас победит, - загадочно проговорил Арсений, и я притихла.

– Ладно, не хочу портить нам эту ночь, и твои занятия, о которых ты мечтала с детства. Но, еще один его фокус, и он пожалеет, что вообще встретил тебя в своей жизни. Так и передай ему, - грозно процедил сквозь зубы мой хищник, вытирая поцелуями мои слезы. Накинул на меня свою накидку, и перенес к воротам Хорста.

– Помни, что у тебя есть я, и мы едины. Просто, позови, и я буду рядом, - крепко обнял и быстро отпустил.

– С Арсением обошлось. Мои слезы были лучшей защитой, а вот Магистра ими не проймешь, или попробовать?
– горестно размышляла я, не обращая внимания на любопытные взгляды девчонок, и спешно переодевалась в учебную форму. Занятия целый день проходили спокойно и мирно. Вечером, опять заволновалась, но решительно вошла в кабинет Лорда. Я не чувствовала себя, хоть в чем то виноватой, но наказывают и правых.

– Заходи, заходи, несчастье ты мое темное, - тяжелым вздохом ответил мне на приветствие, Гриман, - скажи, зачем мы пошли во дворец на бал?
– остановился он напротив меня, и вопросительно уставился, черными глазницами, от которых было бы жутко, если бы не улыбающиеся губы.

– Ну, я хотела Имперский дворец посмотреть, себя показать и потанцевать еще, - пожала плечами, и, осмелев, добавила, - а зачем вы, не знаю.

– Радуйся, Никия, потому что и потанцевала и себя во всей красе показала, - ехидничал Лорд.

– А чего этот Алевтин напал на меня, и продажной женщиной назвал, - разозлилась я, - пусть со своими фаворитками разбирается, а не гостей оскорбляет. Тоже мне, кронпринц, наследник престола.

– Да, первый раз за все века Император поругался с сыном. Это исторический факт. Весь дворец в недоумении, что происходит. Даже мне не понятно. Не могли же они в первый день знакомства влюбиться по настоящему, - вслух, задумчиво рассуждал Магистр.

– Хотя, если честно, я тогда, на просмотре, очень заинтересовался тобой, и не ошибся. Ты самая прекрасная, умная и смелая девушка на Ганимеде, - усмехнулся он.

– Магистр, только, вы не начинайте, мне и так плохо. Давайте скажем, что я уехала домой в свое поселение. Пусть, они успокоятся. Мне не верится, что это у них всерьез и надолго. Эти капризные ребята захотели одну и ту же игрушку. Скоро увидят новую, и забудут меня, - успокаивала, скорее себя, чем Лорда.

– Ну, чтобы так быстро забыть, надо поиграть с этой игрушкой, а если не получить ее, еще больше будешь мечтать о ней, - очень мудро ответил Магистр, и я загрустила. Противостоять таким могущественным особам, смогу, мне поможет моя любовь, но, не навредят ли они Арсению, когда узнают о наших отношениях.

– Ладно, давай заниматься. Любовь не ненависть. Главное, что не наказали, и из Хорста не отчислили, - радовался мой учитель, но я не была уверена, что нежные чувства правителей лучше, чем их гнев. Хотелось подальше быть от одного, и от другого.

Всю неделю я с головой ушла в занятия, особенно понравилось новое, по некромантии. Вел его профессор Керберт. Он был худой высокий, с черной бородой и светлыми, как озерная вода глазами. Всегда хмурый, не разговорчивый, но свою науку знал превосходно. Творил, можно сказать, чудеса со своими подопечными, трупами людей.

– Всем внимательно слушать, - монотонно, без каких либо эмоций, читал он свои лекции, - даже один не правильный звук в заклятье, может не успокоить умертвие, а наоборот вызвать агрессию. Надо быть очень внимательными. Заучиваем все на память, при экспериментах исправлять ошибки будет поздно. На следующем занятии практика. Всем явиться на пустой желудок, будем работать в подвалах городских лечебниц.

– Да, одно дело теорию учить, даже интересно, а другое с разложившимися трупами возиться, это уже жуть. Хотя, когда мы с мамой лечили больных, многие умирали, особенно старики. Не много, но пришлось повидать трупов, может, не испугаюсь, - надеялась я.

– Адепт Никия, - раздался, над моей головой, глухой голос нашего грозного Духа Дронга, что я даже вздрогнула, и испугалась. Он очень редко говорил с профессорами, не говоря уже про нас, так что приходилось ждать неприятностей.

– Вас ожидают у ворот Академии ваша родственница. На беседу отводиться двадцать минут, - строго пробасил он, и не видимая сила вытолкнула меня на выход.

– Кто мог прийти ко мне, - волновалась я, - главное, чтобы не случилась ни с кем из близких мне людей, беды.