– Молодец, Вериасса! Быстрая и очень эффективная работа. Но советую закрепить результат – погоняй-ка своего птенца по залу с мечом, – на лице девушки расцвела предвкушающая улыбка, а Дальсан чуть заметно вздрогнул, ведь теперь он не представлял, что ещё можно ожидать от Мессира. – Кстати, Коршез, насколько я знаю, ты тоже определился с кандидатурой птенца? Вот пока я переговорю с Альдаваром, иди и обрати его. Если правильно помню – Кредаш су'Ташшат, из Повелителей Земли? Потом приведёшь его в зал, заодно захватишь кого-нибудь из пленников – одного для обоих молодых птенцов.

Коршез поклонился, даже не пытаясь скрыть своей радости.

– Спасибо, Темнейшая Мать!

Затем быстро развернулся и буквально вылетел из комнаты. Мы с Альдаваром тоже вышли и устроились в кабинете. Спустя минуту из тренировочного зала послышался звон мечей.

– Экселенца, – Альдавар остановился и склонил голову.

– Нет, больше ты меня так звать не будешь. Ты начинаешь создавать свой народ и теперь это твой титул. Ко мне обращайся, как сам придумал, или просто – Богиня, ведь имя мне не нужно. А твоих первых птенцов будут называть Мессирами не только их собственные птенцы, но и все последующие вампиры. И найдите достаточно источников пищи: чтоб по одной жертве на двоих новообращённых сразу – всё равно они в первый раз выпьют досуха – и потом по одному сосуду для каждого на то время, что будешь их учить. Итак, у тебя шесть дней на обращение птенцов, потом ещё десять, чтобы обучить их всему необходимому. И учти: после обучения проверкой для всех станет полное уничтожение клана твоих врагов. Выжить обязаны все птенцы! Затем они должны создать себе тоже по птенцу… и я отправлю вас по разным мирам. Новая раса должна появиться в как можно большем их количестве. Так что готовь Детей как следует – потом возможности чему-то научить уже не будет, и им придётся познавать всё самим.

– Я всё выполню, моя Богиня.

– Хорошо. Позовёшь меня ещё раз перед нападением на клан шшас'Риссад – скажу напутственную речь. Сейчас же мне пора.

Звук последних слов растаял одновременно с ней самой и появлением в кабинете Коршеза с птенцом и жертвой через плечо.

Вериасса, оставшись наедине с Дальсаном, задумчиво посмотрела на коленопреклонённого мужчину. Не перегнула ли она с воздействием? По ментальной связи доносились отголоски бурлящих в нём эмоций – недоумение, страх перед ней и своим будущим, сожаление об ушедшем и покорность судьбе. Дааа. Если он совсем сломается, будет очень нехорошо. Как же исправить?

– Дальсан, поднимись, – вампир немедля выполнил приказ, но голову по-прежнему не поднимал. – Посмотри мне в глаза.

Она почувствовала его страх – вот глупый, думает, что опять его будут наказывать!

– Я не буду делать тебе больно, милый. Своим поведением ты сам вынудил меня, тем более при свидетелях. И, кстати, чтобы наказать, мне совсем не нужен полный зрительный контакт. Так что перестань трусить и веди себя достойно воина! Я не собираюсь больше поступать с тобой так без достаточно веской на то причины, это была лишь демонстрация возможностей.

Дальсан подчинился и нерешительно взглянул ей в глаза. А Вериасса почувствовала волну надежды и… восхищения? Вот всё же странные создания эти мужчины – ты скручиваешь их в вензель, унижаешь, а они потом восхищаются твоей силой. Что ж, сейчас она даст ему ещё один повод для уважения. Велев птенцу выбирать оружие, обнажила свой меч и встала в стойку.

Они сражались минут десять. Не потому, что Вериасса не могла справиться с соперником – просто она подстроилась под его темп и с удовольствием погоняла по залу, выясняя степень мастерства своего птенца. Но как только в чувствах того начало просвечивать самодовольство и снисходительность к ней, быстро закончила бой, разоружив воина и обозначив смертельный удар.

А потом пришёл Коршез со своим птенцом и пленником, которого оба новообращённых выпили буквально за несколько мгновений. Жизнь налаживалась.

………

На очередном постоялом дворе в очередном мире мне вспоминалось прощание с первыми Детьми Ночи. И повод гордиться своей работой, несомненно, был. В расправе над целым кланом не погиб никто. Правда, перед нападением я пообещала, что если они позволят себе подставиться под удар и умереть, то выдерну их души из небытия и обреку на такие мучения, какие только смогу придумать. А отсутствием фантазии я никогда не страдала.

Также дала в руки Повелителя вампиров средство, с помощью которого в будущем он или его потомки могли бы обратиться ко мне за помощью в случае сильной необходимости. Отныне главными реликвиями вампиров стали текст заклинания, кубок чёрного хрусталя для жертвенной крови и лист бумаги с вычерченной на нём сложной пентаграммой призыва и руководством к начертанию.

Мелом, что чернее ночи, расчерти рисунок тайный,

Свечи, что алее крови, по лучам звезды расставь.

В центре избранная жертва кровь свою отдаст сосуду.

Сущность тёмная ответит, обращая мечты в явь.

С первым же пришлось помучиться, чтобы сделать максимально направленным на себя, для предотвращения прорыва демонов астральных уровней или других миров через открывающийся портал. Попутно создала для вампиров свой язык (на основе демонического, так что там образовался некоторый избыток шипящих, но и ладно – загадочнее и страшнее, да и дополнительный ориентир, что зовут именно меня). В итоге смысл вызова сводился к иносказательному обращению к создателю вампиров с просьбой о помощи и обещанием платы, которой становилась кровь правящего рода. Причём по самому тексту вызова непосвящённый ни за что не смог бы догадаться, кого именно он вызывает – на случай, если реликвии вдруг попадут в чужие руки. Но подобное само по себе можно счесть за неуважение и невнимание, так что рекомендовала беречь их как зеницу ока. А также не вызывать по всяким мелочам. Если я всё же сочту вызов необоснованным, то плата вполне может оказаться вызвавшему не по силам.