– Так в чем проблема?..

– Садись на него и уезжай, - Чандра глянула ему в глаза, не отвечая на вопрос.
– Мне жаль, что так получилось с твоим братом, но он, согласись, сам виноват. Своим появлением здесь ты ничего не добьешься: Стюарт - ученый, и иногда несколько... неадекватно реагирует на проявления внешнего мира и на людей. Боюсь, он может вообще не понять, о чем идет речь, и только напрасно разнервничается.

– Разнервничается? Неадекватно?
– Брайан задохнулся от возмущения.
– Бросаться с ружьем на мальчишку называется у вас - "неадекватно"?!

– Было темно, - возразила Чандра.
– Как думаешь, легко в темноте разглядеть, мальчишка бродит вокруг твоего дома или кто-то еще?

– У него был фонарик. И, насколько я понимаю, они некоторое время говорили перед тем, как...

– Ну вот, - тихим и скучным голосом сказала вдруг Чандра, оглянувшись на дом.
– Дождались.

Сбитый с толку ее тоном, Брайан тоже обернулся и увидел, как с крыльца к ним спускается человек - высокий, очень худой, с короткими белыми (или же седыми) волосами и в очках.

– Чандра!
– он говорил тем раздражающим слух скрежещущим голосом, который Брайан слышал несколько минут назад.
– Сколько можно тебя ждать? Ты знаешь, как много у нас дел, как я занят и, однако, теряешь тут время, перемигиваясь с молодым человеком!

– Он сбился с дороги, - отозвалась Чандра ровным тоном.
– И обратился за помощью. Я объясняла ему, как...

– Ну конечно, - блестящие очки вперились в лицо Брайана.
– Молодой человек, видимо, не местный? По нему видно.

– Уезжай же, наконец!
– прошипела Чандра, не разжимая губ, и снова вцепилась в локоть Брайана.
– Ну?!

Брайан, однако, вместо того, чтобы забраться в седло и умчаться прочь, подальше от этой парочки сумасшедших, повернулся и подошел к очкарику. Именно он, сомнений не было, ночью стрелял в Дани. Кроме того, Брайан терпеть не мог, когда его перебивали - а это то и дело случалось в последние несколько минут.

О своем недавнем благоразумном решении "просто посмотреть" он напрочь позабыл.

Очкарик глядел на Брайана с брезгливостью, как на какую-то особо мерзкую разновидность редкостного насекомого.

– Что вам нужно?
– осведомился он.
– Кто вы такой?

– Сейчас объясню, - пообещал Брайан сквозь зубы.

Объяснял он недолго, но энергично. Не принадлежа к тому типу людей, которые готовы лезть в драку по поводу и без повода, он, тем не менее, нередко бывал весьма резок на словах и на деле, и не задумываясь, мог нанести собеседнику серьезное оскорбление. И сейчас, объясняя очкарику Стюарту причины своего появления, Брайан не сдерживал чувств. С удовлетворением он отметил, что некоторые его особенно эмоциональные выражения даже заставили собеседника побледнеть - не то от обиды, не то от гнева, - а блеклые глаза за ширмами очков - изумленно расшириться.

Иди речь о ком-нибудь другом, Брайан, пожалуй, ограничился бы словами: наговорил бы всякого, что надолго бы запомнилось очкарику (и Чандре тоже), да и пошел бы себе прочь. Но стреляли в Дани, в братишку, и, своими же словами распалив себя еще сильнее, Брайан подкрепил слова делом. Очкарик был хоть и выше его, но заметно слабее, бить его было все равно что лупить кулаками по соломенной кукле, он даже руки не поднял, чтобы защититься, только крикнул что-то неожиданно тонким голосом. Пары ударов хватило, чтобы сшибить его на землю. Этого Брайану показалось мало. Он подступил ближе, чтобы пнуть его пару раз, но чья-то рука обхватила его за шею и повлекла назад. Еще раньше он отметил, какие у Чандры необычайно сильные и мускулистые для женщины плечи и руки, и теперь испытал их силу на себе в действии - ибо именно Чандра, и ни кто иной, взялся оттаскивать его прочь от поверженного противника. Брайан мгновенно остыл, расслабился и позволил увести себя в сторону. Быть задушенным, тем более женщиной, ему не улыбалось. И без того ему приходилось прилагать немалые усилия, чтобы сделать вдох.

– Ты, ненормальный, - зашипел голос Чандры ему в самое ухо сквозь нараставший в голове багровый шум.
– Я тебе когда еще говорила: катись отсюда? Так вот - повторяю в последний раз - катись отсюда и больше не возвращайся, если не хочешь неприятностей для себя и своего брата. Понял? Немедленно!

Брайана бесцеремонно швырнули на байк; рука, сжимающая его горло, наконец, убралась. Несколько раз судорожно вдохнув, он обернулся и встретился взглядом с бешеными зелеными глазами Чандры. Какая, все-таки, поразительная изумрудная зелень! И какие роскошные, "стрелками", вразлет, ресницы! Брайан почувствовал: ему смертельно не хочется, чтобы получилось так, что он сейчас уедет и не вернется, не увидит никогда больше эту красивую зеленоглазую женщину.

Молча он забрался в седло, но еще почти минуту сидел, потирая болезненно нывшую шею и глядя на Чандру. Лицо ее по-прежнему пылало яростью - так, что бледная кожа, казалось, подсвечивалась изнутри.

– Ну?
– нетерпеливо спросила она, коротко оглянувшись - за ее спиной очкарик поднимался из пыли, неловко отряхиваясь, и что-то неразборчиво бубня себе под нос.
– Уедешь ты или нет, псих ненормальный?

– Меня зовут Брайан, - сказал Брайан.
– Я сейчас уеду, но это не последняя наша встреча. Разговор не окончен.