заморозили. Зейн со вздохом подходит ближе, совсем близко, и меня отпускает.

– Что ты только что сделал? – возмущаюсь я. Он пожимает плечами.

– Ты упрямая. Я ведь сказал, что тебе нельзя вставать. Рана довольно глубокая. Тебе

нужен покой, хотя бы пару дней.

– Ты заставил меня замереть!

– Да, так и было. Наори на меня.

– Не смешно, - шиплю я, - Никогда не смей использовать на мне свою способность,

Зейн. Я не шучу.

Он хитро улыбается, разводя руками.

– А ты слушай меня, хотя бы иногда. Я не очень-то хочу, чтобы ты занесла в рану всякой

гадости и умерла от заражения крови. Это будет обидно, в наше-то время, не так ли?

Сверлю его гневным взглядом, но на Зейна это не действует. Он собирается уйти из

больничного отсека.

– Зейн.

Он разворачивается. Скрещивает руки на груди, вздыхая. Я мнусь, не зная, как

пересилить свою натуру и сказать то, что хочу сказать. Парень ждет. На его губах появляется

легкая усмешка. Не смотрю на него.

– Спасибо, - говорю я, - За помощь.

– Не за что, - отвечает он, - Какое-то время тебе придется полежать. Я приду проведать

тебя чуть позже, - он медлит, а затем все же говорит, - Сказать Нойру, что ты здесь?

– Нет, - бросаю я тут же, и самопроизвольно мой взгляд падает на Зейна. Я удивлена, что

он спрашивает о Себастьяне. Он знает о наших отношениях, он не просто так помогает мне и

не просто так поставил себя против Нойра в поединке. Это что-то да значит. Но сейчас Зейн

спрашивает искренне. Он думает, что мне важно, чтобы Себастьян знал о моем ранении.

– Хорошо, - подмигивает Зейн, - Это останется нашей маленькой тайной.

И уходит.

_________________________________________________________________________

28

8

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

На следующий день я чувствую себя лучше. Зейн все же рассказал обо мне, но не

Себастьяну, а Рэю. Тот пришел почти сразу же и стал расспрашивать, как же я умудрилась

наткнуться на штырь, который вижу уже несколько недель подряд на одном и том же месте.

У меня нет ответа на этот вопрос. Кто-то управлял мной. Но кто? И как?

Контролировать разум в лагере может лишь один человек. Отметаю мысль тут же.

Себастьян не стал бы увечить меня, даже если бы сильно разозлился. Это сделал кто-то

другой. Возможно, кто-то скрывает подобную способность, а может, это сделала Ремелин. А

это означает, что она либо близко, либо научилась управлять моим разумом на расстоянии.

Что из этого хуже, я не знаю.

– Ты точно в порядке? – спрашивает Рэй уже в который раз. Я раздраженно киваю и

смотрю на свой живот. Бок выглядит не слишком красиво. Хоть Зейн и утверждает, что он

врач, но швея из него никакая. Стежки неровные, уродливые. Вздыхаю. Придется потерпеть, пока все это заживет. Двигаться он мне запретил, но я все же встала. Не могу лежать без дела.

К тому же, плохое предчувствие не покидает меня ни на секунду.

– Твоя сестра, - вспоминаю я, - Как ты собираешься вызволить ее из Акрополя?

Рэй присаживается на край кушетки и перебирает пальцами. У него задумчивый вид, и

я не мешаю ему размышлять. Сама я уверена, что спасти его сестру практически

невозможно. Однако совсем недавно мы взломали Вифлеем. Это вселяет в меня надежду до

сих пор.

– Я надеялся на твою помощь, - говорит Рэй, поднимая взгляд на меня, - Именно за этим

я сюда и шел.

Он оглядывается, чтобы посмотреть, нет ли кого поблизости. Никого не обнаружив, Рэй

продолжает:

– Я знаю, ты можешь управлять электромагнитными полями.

Хмыкаю.

– Я могу их создавать, но не слишком хорошо. Контролировать не имею вовсе.

– Сможешь, в будущем.

– Правда? – удивляюсь я, вскидывая брови, - Ты видел это? То есть, твоя бабушка.

– Она показывала мне часть видения, - объясняет Рэй, - В нем я увидел нашу с тобой

встречу и дальнейшие события. Даже драку с Себастьяном. Это было вроде как неизбежно.

Правда я не знал, из-за чего все случится. Теперь все встало на свои места.