Вдруг все, что говорил Хэнк о Билли, всплыло в моей голове. Мы все еще были по уши в дерьме! Быстрее, чем я успела подумать об этом, я схватила палку, которая была у Адриан, и врезала ею под колени Криса, отправляя его на землю. Адриан в одно мгновение оказалась на нем сверху, пытаясь отобрать пистолет.

Я услышала шаги бегущего к нам человека, и уже точно знала, что это Билли. Со всей силы, что у меня еще оставалась, я развернулась и врезала ему в челюсть. Ноги вылетели из-под него, и он упал на задницу.

Ирис присоединилась к Адриан в борьбе с Крисом за пистолет и обрабатывала нижнюю часть его тела сковородой. Мы смотрелись со стороны, как современная версия первобытных копов. Я споткнулась о Криса, а затем как следует топнула своей ногой по его запястью, он выпустил пистолет.

— Твои мозги разлетятся по земле, если ты хотя бы шевельнешься! — кричала я, целясь ему в лицо. Он замер и в замешательстве уставился на меня.

— Адриан, найди пистолет Билли, а ты Ирис иди звонить Коулу, — сказала я и посмотрела в глаза Криса с очень кровавыми намерениями.

Адриан нашла пушку Билли и охраняла его. Крис посмотрел на меня и попытался урезонить явно разбушевавшихся женщин.

— Хайден, мы из DEA. Нас отправили сюда следить за Брэндоном Фаллоном.

— Ты врешь! — я плюнула на него. — Вы работали вместе с ним, и я не позволю вам причинить зло еще кому-либо здесь. Дело в том, Крис, что я начну отстреливать твои пальцы, если ты не заткнешься!

— Хайден, клянусь, мы из DEA. Посмотри в моем кошельке, там есть мои документы, — сказал он и потянул руку ближе к телу.

— Разве ты забыл, что я сказала тебе не шевелиться? Я не шутила, когда говорила, что вышибу тебе мозги! — мои нервы заканчивались, и я на самом деле, подумала: "А не стрельнуть ли ему в ногу?", чтобы доказать, что я не шучу.

— Хайден, — голос Адриан был тихим и успокаивающим. — Я думаю, что он говорит правду, посмотри на это, — она вручила мне бумажник Билли, и там внутри было его удостоверение.

— А если это фальшивка, и мы сдадимся им? Я не сдвинусь с места до тех пор, пока Коул не придет сюда и не возьмет все на себя, — я посмотрела на Криса. — Если они не будут делать глупости, мне не придется опустошать эту пушку.

Ирис бежала к нам через двор и кричала во всю мощь своих легких:

— Коул уже в пути, и он говорит, чтобы мы не обижали полицейских.

Я еще раз посмотрела вниз на Криса. Сегодня я подошла слишком близко к тому, чтобы быть убитой, и не хотела расставаться с оружием. Шелби и Мира прибежали после Ирис, и широко открытыми глазами уставились на двух мужчин, растянувшихся у наших ног.

Шелби медленно подошла ко мне.

— Хайден, у тебя кровь. Мне нужно взглянуть на твой разрез.

— Никто ни черта не увидит, пока Коул не появится здесь! — закричала я. — Можно мне хотя бы взглянуть на Хэнка и Билли? — робко спросила она.

— Да, — ответила я так спокойно, как только смогла.

Она опустилась на колени перед Билли и потрогала пульс. Он был без сознания, но живой. Она подошла к Хэнку, но даже не стала проверять пульс — его смертельные травмы были очевидны.

— Что, черт возьми, с ним случилось? — спросила она, остановившись.

— Старая, Верная с ним случилась, — сказала Ирис, улыбаясь. — Глория наказывала мне всегда заботиться о ее девочках. Когда Адриан нашла меня сегодня, первое, что я успела схватить, была моя сковорода, и я сдержала свое обещание.

Коул прибыл вскоре с несколькими мужчинами, которые назвались агентами DEA. Я отдала им оружие и позволила одному из них привести меня в бар, где Шелби обработала мне разрез на горле. Адриан сидела рядом со мной и держалась за руки, когда мы отвечали на вопросы, которые нам задавали.

Нас допрашивали снова и снова, пока не взошло солнце. Остальная часть гостей подтянулась в бар, чтобы узнать, что за шум, и тоже была допрошена. Мы позволили агентам использовать наш бар, как временный командный центр для их расследования.

После допроса нам разрешили вернуться в коттеджи и отдохнуть. Когда я вошла в ванную, я была потрясена тем отражением в зеркале, что смотрело на меня. От усталости у меня были дикие глаза, светлые волосы забиты песком и прутьями, поперек горла зияла ужасная рана, и я была удивлена тем, что на нее не надо было накладывать швы. Я выглядела и чувствовала себя, как дерьмо.

Пока я стояла и глазела на свое отражение в зеркале, Адриан включила душ. Мы мылись вместе, не желая расставаться ни на минуту. Когда меня подвели к кровати, я тут же провалилась в сон. Проснулись мы поздно вечером.