Он повернулся ко мне в профиль. Мягкая, такая знакомая улыбка озарила половину видимого мне лица. В груди все сдавило, а мозг лихорадочно начал воспроизводить прошлое. Светлое прошлое, дорогое моему истерзанному сердцу.

***

– Шиину, ты когда-нибудь хотела уплыть за море, в дикие края?
– Линар лежал на примятой нами траве и, щурясь от косого поцелуя солнца, глядел на небо.

– Нет, я никогда об этом не думала, - я смотрела на него и наматывала прядь своих русых волос на палец. Редко я позволяла себе вольность ходить простоволосой. Этот день был особенным.

– А зря. Там можно жить так, как тебе хочется. Добывать пищу своими руками, выращивать плоды, держать скотину, строить дом. И никто, никто не требует от тебя ничего. Ты один на один с природой, - и капитан одного из моих взводов широко раскинул руки, будто пытался обнять весь мир.

– И ты бы хотел так жить?
– я скептически посмотрела на ухоженные волосы, руки и опрятную одежду, всегда идеально подобранную и выглаженную. Не верю я в его желание жить дикарем при такой любви к порядку.

– Да, если бы ты уплыла со мной, - он резко поднялся на руки и лукаво улыбнулся мне.

– Зачем тебе это? У тебя здесь прекрасная жизнь, - я попыталась усмирить его пыл. Не смотря на консервативное воспитание, характер у Линара всегда был неспокойный и порывистый.

– Если ты разделишь со мной эту 'прекрасную' жизнь, то я забуду о диком материке, - и снова эта задорная и манящая улыбка, - Так ты согласна?

И тут я поняла, что он не шутит. Его просьба серьезна.

– Ты что...

– Делаю тебе предложение? Да, - и он взял меня за руку.

Все эти счастливые два года я чувствовала, как моя душа и магия тянутся к этому мужчине. Я знала, что наши силы уже сплелись воедино. Они подпитывали друг друга и усиливали собственные возможности. Такая связь больше чем узы брака, больше чем связь сердец. Это истинное слияние двух половинок одного целого.

– Я... я согласна.

Его лицо волшебным образом преобразилось, став по-мальчишески простым и открытым.

В тот день я думала, что по-настоящему счастлива. Жаль, что мечты так быстро разбиваются о реальность.

На следующий день он уехал. Но перед этим стребовал с меня обещание.

– Обещай мне, что ничто не сможет нас разлучить. Ни звания, ни сила, ни гордость, ни положение, ни ревность. Ничто! Обещай мне!

– Обещаю.

– Я вижу только тебя, - крикнул на прощание, и конная вереница тронулась, переходя с шага сразу в галоп.

Я до сих пор не понимаю, зачем ему сдалось это обещание. Разве что поиздеваться еще больше.

Связь рвалась долго, мучительно, отрывая куски магической плоти и оставляя истекающие магией раны. Но отсечь часть себя было равносильно смерти. Я этого так и не смогла сделать. Даже, когда узнала о предательстве своей души.

***

Из воспоминаний меня выбросило так же резко как в них и забросило. Первое, что попалось на глаза, это смоляная грива рассыпанных по простыням волос. Следующей я увидела почти обнаженную девицу, что сидела верхом на моем любимом. Вот она наклонилась к его плечу, открывая мне лицо наследника. Сталь в глазах стала жидкой и обжигающей, а явное ликование во взгляде резало не хуже ножа.

Что-то оглушительно разбилось вдребезги. И я знаю что. Мое терпение, раболепие и подчинение. Еще не погибшие окончательно гордость и достоинство разбили их к чертовой матери.

Впервые с момента прибытия ко двору я вздохнула полной грудью. Теперь я свободна. Пусть я лишусь чести, пусть меня не будет существовать для этого мира, пусть я потеряю свою душу и магию навсегда. Зато я не потеряю себя. Я найду тот дикий материк, сама построю свою жизнь, свой дом. Я буду свободна!

Резкий рывок в сторону кровати. Одно неуловимое движение, и девица отлетела к самой стене, сильно об нее припечатавшись. Два стеклянных штыря пришпилили ее за оставшуюся одежду к половицам. Еще одно движение, и Линар лежит на полу, на спине. Не давая наследнику перевести дух, со всего маху всадила ему загрубевшими от грязи, воды и пыли сапогами по грудной клетке. Магию использовать даже не хотелось. Хруст ребер был ангельскими трелями для меня, как и резкий болезненный выдох кронпринца. Я присела рядом со своим бывшим любимым, приподняла его голову от пола за волосы и в самое лицо прошипела:

– Тебе же лучше забыть обо мне и не высылать поисковый и карательный отряды - уничтожу! А мне не хотелось бы калечить своих бывших подчиненных, - и ни капли сомнения в моих словах, я говорила уверенно и беспринципно.

Чего я не ожидала, так это торжествующей улыбки на некогда любимом лице, и она отнюдь не было отвратительной.

Решив порефлексировать позже, сломала наследнику нос одним ударом об пол, поднялась и, с высоко поднятой головой, вышла из ненавидимых мной покоев. Позади остался распластанный кронпринц, прибитый к полу за одежду дюжиной моих стеклянных клинков.