— Славик, а хлеб?! Куда ты опять? — мама не успевала уследить за перемещениями сына.

— За хлебом! — сообщил Славик уже с лестничной площадки.

— К обеду не опаздывай! — без особой надежды крикнула мама вслед.

Колька уже ждал у подъезда.

— А далеко ехать? — поинтересовался он как бы между прочим. — Мне родители со двора уходить не разрешают.

— Близко, — успокоил его Славик. — Они и не заметят. Скажешь, что со мной за хлебом ездил.

Они выехали со двора и помчались по недавно заасфальтированной, прокаленной солнцем улице вдоль железной дороги. Над асфальтом дрожало горячее марево, шелестели пыльной листвой молодые липки, возле более старых домов ближе к железнодорожной станции цвели пестрые космеи с кружевными листочками, из лепестков которых девчонки делали накладнее ногти. Проскочили мимо продуктового магазина на первом этаже одного из домов, почты и ларька «Союзпечати» рядом, мимо школьной хоккейной коробки, где взрослые ребята играли в «картошку», выехали к платформе «Сорок первый километр». Славик положил свой велосипед на щебенку и, согнувшись, нырнул под платформу. Колька последовал за ним.

— Смотри внимательно, тут много мелочи роняют, — Славик показал вверх, где в щелях старого дощатого настила ярко синело небо.

С полчаса они бродили под платформой, и, раскидывая щебенку, искали среди окурков, бутылочных пробок, конфетных фантиков и прочего мусора оброненные вечно спешащими пассажирами монетки. Набрали сорок три копейки — Славик нашел пятнадцать копеек и три монетки по копейке, а Колька — разную мелочь, зато много.

С грохотом, не останавливаясь, прошла электричка от Москвы.

Славик и Колька выбрались на рельсы и смотрели вслед.

— О, идея! Сейчас встречная пойдет, 13–32! — воскликнул Славик, покопался в кучке найденной мелочи и выбрал копейку. — Хочешь, фокус покажу?

Он отошел метров на двадцать от платформы и, оглянувшись — не смотрит ли кто? — положил копейку на рельсы.

— А теперь ждем, — сообщил он Кольке.

Электрички все не было.

— А откуда ты время знаешь? — с подозрением спросил Колька. — Может, еще не скоро.

Славику не захотелось объяснять, что на этой электричке он по средам ездит в Москву, в кружок космонавтики. Он опустился на колени и приложил ухо к рельсу.

— Идет, — сказал он. — Опаздывает…

Красная «мордочка» электрички показалась из-за поворота, машинист дал протяжный сигнал, и мальчишки отскочили от насыпи. Мимо промелькнули вагоны, поезд остановился, зашли и вышли несколько пассажиров. Электричка снова свистнула и отошла от перрона.

— А теперь идем смотреть, — сказал Славик.

Они отыскали в гравии расплющенную копейку, плоскую, как лист бумаги, с размазанным, потерявшим рельеф рисунком герба.

— Ого, — сказал Колька, с интересом рассматривая то, во что превратилась монетка.

— Возьми на память, — сказал Славик, довольный тем, что удивил товарища. — А еще можно гвоздь положить. Получится игрушечный меч. Довольно острый, кстати, можно палец порезать.

— А я слышал, что на рельсы ничего подкладывать нельзя, — заметил благоразумный Колька. — От этого поезда с рельс сходят. И вообще, пойдем скорее значок купим — и во двор, а то меня родители хватятся, всыпят…

— А давай лучше в Звездный съездим! — вдруг предложил Славик. — Тут на великах — минут пятнадцать! Ты же хотел Звездный городок посмотреть?

Колька тяжело вздохнул. Он месяц назад переехал сюда из Чехова, точнее, его отца перевели на расположенный здесь аэродром Чкаловский. Колька уже знал, что Звездный городок где-то рядом, но посетить его еще не успел. А Славик с родителями два года прожили в Звездном — в общежитии для семей военных, а в начале лета им дали квартиру в этом недавно отстроенном поселке по соседству. Славик учился в звездненской школе и вообще излазил весь городок, не исключая и служебную территорию ЦПК.

— Вообще-то да, — с сомнением посопев, подтвердил Колька. — Но надо родителям сказать.

— Родители тебя не отпустят, — категорично констатировал Славик. — Так что решайся.

— Не, не могу, — вздохнул Колька. — Хуже будет.

Славик пожал плечами — мол, наше дело предложить, и они поехали к киоску «Союзпечати». Они долго и с удовольствием изучали обычный ассортимент ларька — газеты, журналы, настенные календари, наборы открыток с видами городов, блоки коллекционных марок, значки, шариковые авторучки, плакат «Космос в мирных целях» во всё стекло боковой витрины. Наконец продавщица, не выдержав, высунулась из окошка и спросила:

— Вы что-то хотели купить, ребята? Выбирайте побыстрее, я закрываюсь на обед.

Славик вспомнил про хлеб, ойкнул и сломя голову бросился к продуктовому магазину. В дверях стояла уборщица, которая не хотела его пускать: «Закрываемся, закрываемся, два часа, обед!» но Славик быстро уговорил ее: «Мне только хлеб и спички, без сдачи!»

Он мельком глянул на полки, убедился, что хлеб есть, прошмыгнул к кассе и, выбив чек на двадцать одну копейку, отдал его продавщице, а взамен получил теплую буханку и коробок спичек.