Он снова отпил чай, предложил им последовать его примеру и продолжил:

– Мы с ней хорошо жили, я инженером на судостроительном заводе работал, неплохо зарабатывал, с Максимкой отлично ладили, Иришу я любил.

Вячеслав Иванович помолчал, посмотрел поочередно на Женю и Надю, которые так и не притронулись к чаю, и сообщил:

– Подождите, сейчас перейду к сути. Однажды, она мне призналась, что у нее не один сын, а два. Старшего она родила еще будучи школьницей. С родителями у нее всегда были сложные отношения, она их очень боялась, поэтому, когда узнала, что беременна, то, сильно испугавшись, скрывала от матери, пока это было возможно. Когда родители узнали, то закрыли ее дома и перевели на домашнее обучение.

– Может, вы знаете, кто был моим отцом?
– хрипло спросил Женя.

– Имени я не знаю, - ответил ему Вячеслав Иванович, - Ириша только упомянула, что это была какой-то молоденький матросик, который однажды ушел в рейс и больше она его не видела.

Когда ты появился на свет, твоя мама все еще была несовершеннолетней, поэтому ее родители оформили на тебя опекунство. Это было еще в Петропавловске-Камчатском, где они тогда жили. У ее отца на службе даже какие-то проблемы из-за этой истории начались. Скандалы были такие, что ей тогда хотелось руки на себя наложить. Но школу она все-таки закончила и даже поступила в медицинское училище.

Ежедневно ей говорили, что она опозорила семью и чуть не разрушила карьеру отцу, а однажды сообщив, что, так как, по ее вине, жизнь в городе стала невыносима, отец переводится в Хабаровск и они уезжают, забирая с собой полугодовалого Женю, а она сама может приехать, когда закончит учебу.

Родители устроили ее в общежитие, пообещали сообщить свой адрес, как устроятся, быстро собрались и уехали.

Свой адрес они так и не сообщили. Изредка она получала денежные переводы от матери, по почтовому штемпелю и обратному адресу на них, она не сомневалась, что родители и Женя действительно находятся в Хабаровске. Она писала им письма, но те возвращались по причине отсутствия адресата. Закончив училище, она отправилась в Хабаровск и окончательно убедилась, что по адресу, с которого ей приходили телеграфные переводы родители никогда не жили, но она решила остаться в городе, чтобы найти родителей и сына.

– Боже, что ей пришлось пережить, - ужаснулась Надя.

– Ну, а дальше, - нетерпеливо торопил с рассказом Женя.

Вячеслав Иванович откашлялся и продолжил:

– Здесь она устроилась на работу медсестрой в больнице, встретила отца Максима и вскоре ушла от него сама, потому, что он был груб с ней, родила сына, познакомилась со мной и вышла за меня замуж.

– Ты не думай, что она тебя не искала, - погрозил он пальцем Жене.
– Она всегда тебя искала, только это сейчас мобильные телефоны и интернет, а тогда ничего этого не было. Тогда можно было обратиться или в горсправку, или самостоятельно рассылать запросы по различным организациям, что она и делала. Она даже планомерно объезжала все детские сады, а потом и школы города.

– Мне Максим рассказал, что бабушка однажды приезжала к ним, - перебила рассказчика Надя.

– Да, было такое, - подтвердил Вячеслав Иванович, - Ириша нашла дальнюю родственницу и через нее выяснила, что несколько лет тому назад та поддерживала отношения с ее матерью и она изредка навещала ее.

– Видимо, когда она к ней приезжала, то тайком от мужа отправляла дочери переводы. Но это уже наши с ней догадки, - пояснил он.

– Так вот, через эту родственницу она выяснила, что родители никогда здесь не жили, а искать их следует во Владивостоке. Ей даже удалось получить их телефон. Она звонила, но родители не хотели с ней разговаривать и каждый раз уверяли, что такие здесь не живут. А через некоторое время внезапно к ней приехала мать.

Ничего хорошего из их разговора не получилось. Мать обвиняла ее, что она подорвала здоровье отцу и тот ничего не хочет о ней слышать, что сын считает ее умершей и ей не следует с ним встречаться, так как это плохо отразится на неокрепшей детской психике, а мальчик и так, не совсем здоровый, так как она неизвестно от кого его нагуляла, да еще в таком юном возрасте. Что у нее теперь есть другой ребенок, пусть его и воспитывает, а о первом она должна забыть. У него только одна мать и это она сама.

– Извини, что тебе приходится слышать такое, но как сказано "из песни слов не выкинешь", - участливо произнес, обращаясь к Жене, Вячеслав Иванович.

– Все нормально, - ответил Женя. - Мне важно это знать!

– Твоя мама после того разговора, убедила себя, что возможно ее собственная мать и права, что ребенка не стоит травмировать и решила отложить встречу с тобой, когда ты немного повзрослеешь. Через несколько лет мы с ней познакомились и, когда она мне все это рассказала, я убедил ее, что она все-таки мать и имеет право видеть собственного сына, поэтому мы начали искать вас во Владивостоке, а после того, как нашли, твои бабушка с дедушкой заявили, что ты не хочешь ее видеть и знать, а потом внезапно уехали и никто не знал куда именно. Так мы вас и не нашли, - грустно подвел итог Вячеслав Иванович.

Некоторое время все сидели в абсолютном молчании, потрясенные рассказом.

– Я думаю, что эту историю нужно запить чем-то покрепче чая, - предложил Вячеслав Иванович, встал, сходил на кухню и вернулся с тремя рюмками и пузатой бутылкой.

Разлил темную жидкость и все трое молча выпили.

– А ты сам, что-нибудь знал о матери?
– спросил Вячеслав Иванович Женю.

– Крайне мало, - ответил он, - эта тема всегда была под запретом в нашем доме. Мне говорили, что она бросила меня и пропала. Я всегда хотел ее найти, но сначала не знал как, а потом у меня ничего не вышло.