– Лисёнок, прости, каюсь!! С меня две чашки твоего любимого мятного чая!

Глеб обрадовался приходу друга, но со жгучей смесью разных эмоций ждал, когда Ворон увидит свою "копию".

– Боюсь, что придётся тебе купить что-нибудь покрепче, - отрывая от себя, Частной рукой дирижёра с невидимой палочкой сопроводил по воздуху взгляд друга до незнакомца. И обратился к последнему: - Вы не успели представиться...

– Я...
– молодой человек смотрел во все глаза на прищуренного Ворона.
– Я Михаил Сводин, - чуть прокашлялся и тихо добавил: - Ваш сводной брат, Максим.

***

Дом Аглафьи Вандемировны Шторн тонул в роскоши, и спасать его, судя по новым не распакованным коробкам, никто не собирался. Двое молодых служащих пересчитывали фамильное серебро. А высокая худая девушка протирала белоснежные тарелки.

Сима была уже третий раз в гостях у госпожи Шторн. И каждый раз ощущала себя как в другой эпохе. Удивительное место, потрясающая хозяйка, интеллигентные гости и вышколенная прислуга.

Пока все были заняты своими непосредственными обязанностями, девушка перебирала струны в незатейливой мелодии и вспоминала знакомство с родителями Глеба. Вернее сказать, с их жильем. Пока Ирину и Сергея Частных она видела только на фотографиях. Молодой человек весело пародировал голоса своих родителей, прячась за фотокарточками с ними. Очень понравился семейный альбом Симе, в котором присутствовало действительно много кадров двух закадычных друзей. И по большинству своём на старых фотографиях мальчики висели на Сергее вместе. Салентова тогда не удержалась и уточнила у Лиса, не ревновал ли он в детстве от того, что внимание папы доставалось и Максу. На что Глеб рассмеялся, а потом прошептал на ушко: "Я делился без проблем, так как знал, что рано или поздно он уйдёт к себе домой". После этой фразы молодой человек напал на девушку с поцелуями, а она вдруг вспомнила, что цветы не политы. А потом позвонил телефон Глеба, и нужно было уходить...

– Серафимочка, ты сегодня особенно задумчива, - рядом с шатенкой подсела хозяйка дома.
– Тебя совсем не жалеют на работе? Ох уж эти юмористы!

– Нет, нет, Аглафья Вандемировна, всё замечательно!

– Влюблённость тебе к лицу, девочка.

Сима моментально покраснела и на миг отнесла руку от струн, но мадам Шторн нежно прикоснулась своей ладонью и вернула девушку в мир исполнителей.

– Играй, Симочка, играй! Любовь - это прекрасное чувство! И если оно пришло к тебе, наслаждайся и пари вместе с ней. Ведь и музыка тогда звучит по-иному, с большим волшебством.

Хозяйка особняка улыбнулась и отправилась на проверку подготовки вечеринки. Серафима же смотрела ей вслед удивлённо и крутила в мыслях одно слово, меняя лишь интонации.

"Любовь? Любовь! Любовь..."

***

Сказать, что Зинаида, зайдя в свою квартиру, была удивлена - значит лучше промолчать.

– Глеб?
– на кухне с тремя стопками и полупустой бутылкой беленькой сидел сын её лучшей подруги.
– Что здесь происходит?

– Тетечка Зиночка, привет!
– салютировал невидимой шляпой Частной-младший.

– Ты пьян??

Мамусик разрывалась между своими желаниями. Она никогда не видела Глеба в таком состоянии. Если Макс по юности ещё выкидывал номера, то его друг такого себе не позволял. По этому поводу Зинаида достала из сумки свой телефон и уже была готова сделать видео, но вдруг страшная мысль настигла её.

– Ты расстался с Симочкой???

– Ой, теть Зин, вы такая громкая, даже Максимку победили. И Саленточку я только несколько раз поцеловал, и предложил быть парой, и лапочка она, да? А вообще бы мне хотелось её затащить ... замуж хоть завтра, но я тороплюсь, наверно, а, теть Зин?

Воронова успокоилась и присела рядом с молодым человеком.

– Глебушка, у тебя правильное желание! И чем шустрее отведёшь в загс, тем я быстрее покатаюсь на мотоцикле!

– Теть Зин, Сима боится всех транспортных средств, у неё папа в автомобильной катастрофе погиб...

Наступила минута молчания. Глеб закрыл глаза и засопел, а Зинаида отправилась на поиски ещё двух обладателей стопок. По пути она размышляла о том, что надо бы позвать Серафиму на огонёк, но уже неплохо - та открылась Глебу.

В гостиной комнате блестел порядок, в спальне никто не возлегал, а вот в бывшей комнате Макса - теперь уже кабинете горел тусклый свет.

– Слушай, а у тебя братья-сестры есть?
– услышала тетя Зина голос своего ребёнка.

– Боишься встретить ещё одну копию?
– хохотнул другой более юный незнакомый голос.

– Ну знаешь, так меня могут заставить платить алименты за отцовство. А журналюги обрадуются, эти ж коршуны только ждут!

– Есть сестра старшая, но на тебя не похожа, а вот именно она по телевизору тебя увидела и давай у матери разные вопросы задавать...

Мысли Зинаиды бежали впереди её рук, которые не слушались и не спешили раскрывать дверь в комнату.

"Ужас какой! Это что получается? Мой любимый мальчик скрыл тот факт, что стал отцом и бросил своего малыша? Как его собственный отец??" Женщине захотелось побежать на кухню и прикончить остатки бутылки. Но спасли две вещи: первая - Зинаида не переносила запах водки, вторая - любопытство не сдвинуло её ни на шаг.

– Слушай, ну а дальше как мы будем жить?
– вдруг резонно уточнил Макс.