— Так почему вы очутились практически на костре и почему не сбежали? – я решила продолжить начатый во дворе дома разговор.

— Это на самом деле долгая история, и странная, — Ирвин задумался, отхлебнув тэйти. – Вы же в курсе, что наш король Георг недавно почил? – мы кивнули. Я успела заметить, как подобрался рыцарь. – Тут как в сказке, были у короля два сына: старший, прижитый с Агнесс Фарли, по мнению многих, мог бы стать прекрасным королем, просто прекрасным, если бы не одно маленькое но, его родители не успели пожениться до его рождения. Вначале Георг с кем-то воевал и не знал, что его возлюбленная ждет ребенка, а потом сделать это было невозможно – Агнесс умерла в родах. Разумеется, Георг забрал мальчика к себе, сделав его из сына провинциальной баронессы герцогом. Землицы подкинул, не без этого. Самое главное – Георг признал своего первенца.

— Это всем известно, — отмахнулся рыцарь. – Потом, под давлением своих советников, Георг вынужден был жениться и, когда его старшему сыну исполнилось четыре года, у королевской четы родился Бэртхом, основное достоинство которого заключалось в том, что он был законнорожденным. Но это не объясняет того, что произошло на площади. Почему вас хотели сжечь? Это как-то касается королевской семьи и является тайной?

— Это напрямую касается правящей династии Кситиона, — вздохнул Ирвин. – Но с недавнего времени никакой тайны уже нет. Вы из какой глуши вылезли, если последних новостей не слышали?

— Из Бездны, — я обхватила руками чашку и потихоньку смаковала горьковатый напиток.

— Конечно, как я мог забыть, что вы самые настоящие демоны, — старик хохотнул и бросил золотой рог на столик. – Так вот. Через неделю после похорон Георга, фактически перед коронацией, всплыло завещание покойного. В котором он не оставлял Бэртхому ни одного шанса на корону, воспользовавшись древним законом о выборе наследника. В завещании он отрекается от первенца как от сына и назначает герцога Фарли своим преемником.

— Наверное, принц был недоволен, — пробормотала я.

— Еще бы. Но, если церковь готова была поддержать Бэртхома, жрецам не нужна междоусобица, которая может возникнуть, если Фарли заявится и предъявит права на корону, то маги заняли сторону именно Фарли. А, как вам известно, возложить корону на владыку могут только Первосвященник и Верховный Архимаг – вместе. Да, только вместе, — Ирвин покачал головой и сделал приличный глоток тэйти.

Артур.

Я ничего не знал ни о каком завещании. Сначала меня пронзила горечь – отец отказался от меня, но затем пришло понимание: он не мог, согласно закону, сделать наследником своего ублюдка, но вот простого герцога – вполне.

И все-таки у меня оставалось еще много вопросов.

— Магистр Кэнд, как я понял, из-за того, что Верховный «встал в позу», Бэртхом решил натравить на магов жрецов? А куда Первосвященник смотрит?

— Правильно он смотрит, куда надо, поэтому-то вот эти вот появились, — Ирвин посмотрел в кружку. – Новый орден, основанный Бэртхомом и направленный на борьбу с колдовством. Это додуматься нужно, да еще Фарли куда-то исчез. Его по всему континенту ищут. Все, кроме брата. Что-то он темнит, как бы пакость какую не задумал. Но даже если с Фарли «несчастный случай» произошел, Бэртхом еще целый год будет вынужден ждать. Ох и бесится же наш принц, ох и бесится. Ходят слухи, что у эльфийских границ орудуют банды разбойников. Причем практически в открытую.

— Эльфы этого не оставят, — я пытался сложить все фрагменты головоломки, но они у меня не складывались. – Почему вы стояли и ждали, когда вас сожгут, если могли в любой момент исчезнуть?

— Мне было интересно, насколько далеко этот придурок может зайти, да и на народ посмотреть: они ведь очень от магов зависят, вот и стало любопытно – позволят простые люди сжечь мага или нет? Но это мне только так повезло. Говорят, что ближе к столице орудуют более профессиональные убийцы магов, чем этот идиот. И предметов, блокирующих магию, у них навалом.

Я закрыл глаза. Что же ты творишь, Бэрт? Как ты можешь? Что у тебя есть такого, что позволяет так нагло играть с Первосвященником и Верховным? Да они тебя по стенке размажут и даже от беседы не отвлекутся.

И тут меня словно подбросило. Я подскочил к Гвен и, выдернув ее из кресла, потащил на улицу, мне нужно было с кем-то посоветоваться, а судя по тому, как быстро она нашла общий язык с демонами, ее мир часто соприкасается с Бездной.

— Эй, не тряси меня, я же пролью тэйти! – ее возмущенный вопль заставил меня остановиться.

— Как ты вообще пьешь эту гадость? – невольно вырвалось у меня.

— Ничего ты не понимаешь в энергетиках, — она вздохнула. – Ну, и зачем ты меня вытащил?

— Я, кажется, знаю, что задумал Бэрт, — я закрыл глаза и перед мысленным взором встал стол Сатана Льежа, заваленный различными бумаги, и одна из них, привлекшая тогда мое внимание. Я совершенно не понял смысла значков, нанесенных на бумагу, но название Кситион, большими буквами выведенное над всеми этими значками. – Бэрт хочет призвать на Кситион демонов.