– Фирниор, послушайте, вы помните ту куклу? – решила она спросить в лоб, безжалостно прерывая рассказ об осаде замка тысячелетней давности.

– Какую куклу, мэора? – непонимающе захлопал он своими тёмными стрельчатыми ресницами, не будучи в силах так сразу переключиться с героических деяний на девчачьи глупости.

– Которую вы разрешили забрать дочери капитана Паурена.

Он остановился и нахмурился, пытаясь напрячь память – либо же умело притворяясь, что вспоминает.

– Это было больше декады назад. Экономка наводила порядок в старой детской, что ли, а девчонка была при ней. Раскапризничалась из-за дорогой гномьей куклы, ну, вспоминаете? В конце концов, это же вы там присутствовали, не я!

– А-а, теперь припоминаю! – просветлел Фирниор. – Действительно, было. Эта девчонка так противно визжала… Разумеется, я разрешил ей забрать игрушку, у кузин таких с десяток, к тому же они давно уже выросли. Сейчас всё равно некому играть в куклы, в замке только двое детей, мои единокровные братья.

А, выходит, её догадка насчёт второй жены его отца верна, мимоходом отметила магесса и спросила:

– А вы знаете, откуда эта кукла появилась?

– Ну, как и все прочие, наверное, - неуверенно ответил Фирниор. Он задумчиво растопырил пальцы левой руки и потянулся пригладить волосы, от чего они ещё больше растрепались. – Из лавки с игрушками. В столице, скорее всего, покупали. Если честно, я понятия не имею, мэора.

Зачем магесса задавала ему эти вопросы, юноша не полюбопытствовал. Возможно, из простой деликатности, но могло быть и так, что он и сам всё прекрасно знал. Или не могло?.. Ох, нелегка сыскная работа… как выяснилось опытным путём. Не то чтобы Айриэ никогда раньше не занималась чем-то подобным, просто последний раз случился очень давно и не здесь, в почти уже забытом прошлом.

Возле конюшен, куда они наконец дошли, им навстречу попался хмурый, недовольный наследник, катящий здоровенную тачку с навозом. Выходит, его светлость не так уж и балует сына, раз на самом деле периодически воспитывает физическим трудом. Орминд охотно воспользовался случаем оставить тачку и отвесил язвительный комплимент:

– О, вы значительно похорошели со времени нашей последней встречи, мэора!

– Зато вы стали попроще, - спокойно ответила Айриэ. – Вам это, пожалуй, на пользу.

Орминд, облачённый в затрапезного вида рубаху и штаны, зло вспыхнул. Явно разозлён из-за чрезмерной, как он считает, отцовской кары, а тут ещё магесса подвернулась, из-за которой всё и случилось.

– Не будет ли угодно прекрасной мэоре, чтобы я привёл её дивного коня?
– осведомился он издевательским тоном, отвешивая преувеличенно почтительный поклон.

– Будет, - мирно отозвалась Айриэ, не обращая внимания на его злость.

– О, сию секунду, мэора! Особенно если ваш кавалер соизволит пойти со мной и помочь.

– Пойдём, Орминд! – тоже вполне добродушно откликнулся Фирниор, очевидно, давно приученный к язвительности и капризам кузена.

Когда они появились, Орминд вёл в поводу Шоко, Фирниор – тонконогого вороного красавца с лоснящимися боками. Наследник кривил рот в злорадной улыбочке, на щеках его кузена играли желваки: видимо, Орминд удачно съязвил, дабы поднять себе настроение. Подойдя, герцогский сынок небрежно сунул магессе повод и брезгливо заметил:

– Будь я на вашем месте, мэора, я бы побоялся сесть на такого одра.

– Ничего, мэор Орминд, видимо, я гораздо храбрее! – невозмутимо отпарировала магесса и потрепала Шоко по шее.

Фирниор, скармливавший яблоко своему коню, едва слышно фыркнул. Порывшись в карманах, нашёл ещё одно и протянул Шоко. Тот не стал ломаться и взял яблоко, аккуратно пощекотав губами ладонь юноши.

– Зато он умный и славный, - искренне заявил Фирниор и потянулся погладить коня. Его кузен только презрительно скривил губы, но промолчал, снова взявшись за тачку.

''Ты тоже ничего'', - выражал весь вид Шоко, с небывалой снисходительностью принимавшего ласку от чужого человека. И даже укусить не попытался, вот чудеса-то.

Вспомнив, что держит в руке несчастные розы, магесса секунду поколебалась – не выбросить ли, но передумала и принялась пристраивать букет в седельную сумку. Просто представилось почему-то, каким злорадством вспыхнут глаза герцогского сына, да и Фирниора обижать не хотелось. Пожалуй, от юнца может быть польза. Надо его расспросить о родственничках, вдруг да проболтается о чём-нибудь интересном.

– Вы собрались на прогулку, Фирниор? Тогда давайте после подъёмного моста наперегонки до реки! – Магесса удобства ради сбросила иллюзию с одежды, вернувшись к привычным лёгким рубашке и штанам.

– Хорошо, мэора! – глаза юноши загорелись азартом.

Они мчались сначала по дороге, вздымая клубы пыли, примерно с полмили – мимо полей пшеницы и ржи, потом ещё немного до зелёных кустов на берегу, через скошенный во второй раз луг. Река была всё та же, Мельничная, плавно извивавшаяся вокруг Кайдараха. От реки к замку тянулся канал, питавший крепостной ров. Наверняка тоже гномы ещё в стародавние времена делали: копали вручную, потом укрепляли заклинаниями – чтобы не мелел, не заиливался, не ''цвела'' в нём вода.