– Ну как тебе? – чуть насмешливо спросила Айриэ, зная, что драконья морда прекрасно отображает все эмоции – прежде всего, благодаря очень выразительным глазам, золотым с вертикальными зрачками. Голос у неё благодаря магии остался таким же, как в бескрылой ипостаси.

– Корявое Равновесие!.. – выдал Фирниор её любимое присловье, выходя из ступора. И заключил с трогательной убеждённостью: - Айрэ, ты прекрасна! Это… это же не фантом?

– Это я.

– Дракон? – Счастливо улыбаясь, Фирниор оказался рядом и осторожно, почти невесомо тронул рукой чешую на передней лапе.

– Дракон, - подтвердила она. – Драконна, если угодно.

– Так драконы, получается, не ушли?

– Да нет, я единственная на весь ваш Акротос. Я здесь по делам и относительно ненадолго. Этот мир слишком хрупок для драконов. Несколько моих сородичей могут полностью разрушить магическую оболочку мира, поэтому мы здесь гостим поодиночке.

– Айрэ, ты вдобавок ко всему из другого мира? – Брови Фирниора взлетели вверх.

– Драконы – стражи миров. Мы лечим ваш мир, присматриваем за порядком, иногда вмешиваемся в дела других рас… если без нашего вмешательства будет хуже.

– А Драконий Орден?

– Его основал дракон, - усмехнулась Айриэ. – Но состоят в нём человеческие маги.

– Айрэ, тебе не будет неприятно, если я тебя потрогаю?

 - Да трогай, не бойся, я не возражаю, - фыркнула она и провокационно наклонила голову. – Можешь даже поцеловать.

Фирниор, из деликатности едва решавшийся коснуться дракона кончиками пальцев, радостно воспользовался разрешением. Благоговейно обхватил руками огромную драконью голову и принялся нежно касаться губами чешуек на щеках, и век, и губ. Хм, неожиданно, пожалуй, но приятно - доверчивость и искреннее восхищение в его глазах отозвались тёплым чувством где-то глубоко внутри. Драконна засмеялась и легонько оттолкнула его, сказав:

– Фиор, мне, конечно, понравилось, но целоваться удобнее в бескрылой ипостаси.

– Ты хочешь принять человеческий облик?

– Я хочу принять драконий облик! – шутливо возмутилась она. – У драконов две ипостаси – крылатая и бескрылая. Смею напомнить, драконы появились во Вселенной гораздо раньше людей. Это люди похожи на бескрылую драконью ипостась, а не драконы – на людей.

– А ведь и правда, - чуть растерянно рассмеялся юноша. – Люди любят важничать, да?

– Лишь бы гадостей поменьше делали, а то нам работы прибавится, - проворчала Айриэ, возвращая себе двуногий облик.

Фирниор грустно вздохнул, сожалея, но быстро утешился, обнимая её и целуя. Прикасался благоговейно и бережно, как к хрустальной фигурке, так что пришлось показывать, что она не такая хрупкая, как он себе вообразил.

Они опустились на ложе из листьев, вполне отлично себя зарекомендовавшее. Благодаря магии получалось мягко, упруго и очень необычно. И уютно, потому что магесса окружила ложе пологом из тёплого воздуха.

Айриэ порой ненавязчиво подсказывала Фиору, как именно и где следует её ласкать, но в целом он прекрасно справился, несмотря на свою юность. Общение с русалками пошло ему на пользу, но главное, Фирниор прежде всего заботился о том, чтобы сделать приятное ей, а потом уже думал о своих желаниях. Что ж, порадовать он её сумел. За это мальчик был обласкан как следует - до радостной ошалелости, до острых вспышек удовольствия, долго сотрясавших его тело.

– Айрэ… Айрэ… я люблю тебя, Айрэ… - бессвязно шептал он, благодарно уткнувшись ей в шею и пытаясь выровнять сбившееся дыхание. От него волнами исходило счастье, острое, чистое, радостное, светлое, и Айриэ молча впитывала эти эмоции, раскрывшись совсем чуть-чуть – ровно настолько, чтобы собрать необходимые ей ощущения. Они нужны, потому что всю оставшуюся ночь ей предстоит заниматься делами далеко не радостными, и этот комочек чистого счастья сделает её задачу намного легче.

Отдышавшись и уняв бешеный стук сердца, Фиор решился спросить:

– Почему я, Айрэ? Я думал, тебе нравится Мирниас… Ты его целовала и так смотрела… я же видел.

– Не целовала, а делилась силой.

– Но смотрела по-особенному…

– В тот момент я думала совсем о другом человеке… не человеке, - усмехнулась она.

– О драконе? Которого ты любишь?..

– Не люблю, но он мне дорог. Очень.

Саэдрэ, милый, бесконечно дорогой Саэдрэ. Он, кажется, лелеял мечты пригласить её на Танец Жизни, но сама Айриэннис не чувствовала к этому ни малейшей склонности. Может, через пару-тройку столетий она и сумеет отыскать в себе подобные желания, но не сейчас.

– А всё-таки, почему я?.. – тихо, задумчиво повторил он.

– Может, потому что, даже считая Мирниаса соперником, ты ему помогал? Без скрытой неприязни, без зависти, без ревности. Вот это мне и понравилось, - улыбнулась она, проводя кончиками пальцев по его щеке.

Он поймал её пальцы и прижался губами.

– Мирниаса я в любом случае рад назвать своим другом. А если бы ты выбрала его… значит, он достоин, не мне же судить о твоём выборе.

Славный мальчик. Чистый, как вода из горного ручья – хрустально-прозрачный, звенящий поток… Даже немного жаль, что она не может уделить ему больше времени.