Тщательно осмотревшись, Айриэ охранных заклинаний вроде бы не обнаружила и сделала спутникам знак заходить. Мирниас с любопытством осматривался, Фирниор убито смотрел на куртку: одежду он, похоже, узнал. Куртка была приметная, из мягкой светлой кожи, ''наёмнического'' фасона с затейливым узором из серебряных заклёпок. Магесса хотела что-то сказать по этому поводу и уже открыла рот, но тут все мысли о герцогском сынке вылетели у неё из головы. Потому что силовые нити за спиной угрожающе завибрировали и, молниеносно обернувшись, Айриэ увидела, как из стены напротив входа – точнее, из открывшейся в ней потайной дверцы - выдвигается небольшой круглый столик. На столике находился артефакт, переливавшийся чёрно-багровым от вложенной в него силы и намотанных плетений. Внешне он выглядел как изящный чёрный голубь, держащий в клюве чёрный же конверт с кроваво-красной печатью, но у Айриэ даже зубы заныли от угрожающей магии, расходящейся от него волнами во все стороны. Чутьё на опасность выло дурным голосом, и, ещё не понимая, что же такого страшного может быть в обычном, казалось бы, ''письмоносце'', Айриэ уже лихорадочно исследовала плетения на голубке.

Течение времени не то замедлилось до невозможности, не то вовсе исчезло. Первый удар по натянутым струнам нервов: печать на конверте с каплей крови короля Кайнира. Второй: голубок, как и положено нормальным ''письмоносцам'', самонаводящийся. Третий: если в него запустить заклинанием, артефакт не уничтожится – активируется и до капли заберёт её, Айриэннис, магическую силу, чтобы после отнести королю смерть. Четвёртый: артефакт уже активируется независимо от её действий, потому что настроен на приход мага, любого мага, а тут оказалось сразу два. Пятый: времени нет совсем, и неважно, с какой скоростью оно течёт сейчас и здесь. Времени нет, а решение нужно принимать незамедлительно.

Всё-таки Кайниру повезло с выбором союзников. Позже Айриэ осознала, что никто из живущих ныне в Акротосе не смог бы справиться с этим гениальным злодейством, воплощённым в ''Чёрном Вестнике''. Она-то смогла исключительно в силу своей расовой принадлежности и особых взаимоотношениях её сородичей с Вселенной, и никаких личных заслуг тут не имеется.

Натянутая силовая нить, по которой ''письмоносец'' безошибочно устремится к своей жертве, вспыхнула, и у Айриэ остался крошечный миг, чтобы воззвать к собственному защитному амулету, который король должен был носить не снимая. ''Драконий'' амулет защищал лишь от заклинаний Запретной магии, а ''Чёрный Вестник'' пил собственную магическую энергию Айриэ, и уже этой силой ударил бы по Кайниру - смертельно. Амулет ответил на зов своей хозяйки, и магесса сделала то единственное, что могла в подобной ситуации – ''дёрнула'' в сторону нить, ведущую к королю, и одновременно послала от амулета волну встречной силы. Амулет при этом сгорел, но Кайниру он уже, скорее всего, не понадобится. Если что, Айриэ завтра сделает новый, не страшно.

Чёрный голубок с шипением, слышным лишь в магической оболочке мира, проехался по силовым нитям, срываясь в свой смертоносный полёт. Но тут же столкнулся с прилетевшим от ''драконьего'' амулета импульсом, содрогнулся и сильно отклонился от намеченного курса. Должен был лететь на юго-восток – в летнюю королевскую резиденцию, а устремился куда-то на северо-восток, в Дилианию. Привязка к королю сгорела, безвозвратно сбив настройки несущего смерть ''письмоносца''.

Айриэ могла только надеяться, что ''Чёрный Вестник'' дотянет до моря и мирно затонет там, когда у него закончится магическая энергия. Ну или хотя бы свалится где-то в необитаемых местах, потому что в противном случае проклятый артефакт, взорвавшись при падении, заберёт жизни тех, кто окажется поблизости. Сделать Айриэ уже ничего не могла, но юнгиродского короля она всё-таки защитила, как обещала. Вопрос в том, во что обойдётся эта защита миру… Что ж, Драконий Орден позаботится о пострадавших, если они будут, а другого утешения тут не предусмотрено… корррявое Равновесие!..

Всё это проносилось в голове Айриэ, пока она лежала на полу, придавленная сверху кое-кем не в меру заботливым. В момент активации ''Чёрного Вестника'', когда он вспорхнул вверх, ввинтившись в узкое вентиляционное отверстие под самым потолком, Фирниор налетел на магессу сзади и повалил её на пол, самоотверженно укрыв собственным телом. В этом имелся некий смысл, ибо пронёсся голубок в том месте, где за миг до того стояла магесса, но нанести вред ''письмоносец'' не смог бы, поскольку был сейчас под завязку накачан собственной магией Айриэ. А вот если бы Фирниор вздумал спасать её чуть раньше и тем самым помешать сбить голубка с первоначального курса…

Айриэ злобно взвилась, сбрасывая с себя юношу, и зашипела:

– Вас кто просил это делать, хотелось бы поинтересоваться? Вы, юный мэор, отдаёте себе отчёт в том, что едва не помешали мне спасти короля от этого поганого голубка?

Глаза Фирниора испуганно расширились, и он попытался отползти прочь, а Мирниас, тоже благоразумно бросившийся на пол, издал придушенный хрип.

– Фирниор, если вы ещё раз когда-нибудь посмеете помешать работающему магу, я вас прибью! Собственными руками! Проклятье, ну надо же додуматься соваться под руку в такой момент, что за щенячья привычка! Ни-ког-да - слышите меня – никогда! Не пытайтесь! Меня! Спасать! У меня защита и возможности, какие вам не снились, а ваше идиотское вмешательство могло дорого обойтись всему королевству, если уж на то пошло! Я понятно объяснила?..

– Более чем, - тихо, напряжённо ответил он. На скулах у него горел румянец, многострадальная нижняя губа опять кровоточила. – Я… приношу свои искренние извинения, мэора Айнура, за… глупое и щенячье вмешательство, и…

– Молчать, - ласково и проникновенно посоветовала Айриэ, и он благоразумно внял. – Я ценю прекрасные порывы, поверьте… теоретически, но если они мешают делу, то порывы эти – идиотские, хотите вы того или нет. А извиняться сквозь зубы не надо, не насилуйте себя. Мне от ваших извинений ни жарко, ни холодно.

Он упрямо сдвинул брови и по привычке залез в волосы растопыренными пальцами левой руки. Совсем не аристократическая привычка, но смотрелась довольно мило и естественно.

– До чего же с вами… непросто, Айнура, - вздохнул он. – Я честно пытаюсь извиниться. Я не знал… то есть, не подумал, что у мага вашего уровня есть защита. И что мешать вам строить заклинание нельзя. В общем, я всё осознал, простите, больше не повторится. Я… просто сильно испугался… за вас.

Последнюю фразу он произнёс совсем тихо, но прозвучало так искренне, что ругаться на него совершенно расхотелось. Тем более что ничего непоправимого не произошло. А вдобавок ко всему Айриэ начало потряхивать от слабости - организм наконец осознал, что силы из него выпили порядочно. Мирниаса, к примеру, с его невеликим резервом, проклятый артефакт осушил бы до дна, Айриэ же просто ощущала сильнейшую слабость.