Рассказываю вечером Семёновне о необычной реакции брошенной математиком жены. Та нисколько не удивлена.

– Знать на окладе была, - бросает она, как само собой разумеющееся.

– Как это на окладе?
– не понимаю.

– Официально тебе в этом никто не признается, но у нас есть так называемые жены на окладе.

– Это как?
– опять не понимаю я и начинаю нервничать.

Что это за Царёво такое, если многое мне здесь сразу не бывает понятным? Почему некоторые простые вещи здесь мне объясняют? Порой мне кажется, что я не из столицы к ним приехал, а наоборот, в столицу из самой, что ни на есть глухой провинции.

– Есть такая профессия, - быть женой. Согласен?
– говорит хозяйка.

– Ну..., - даже не знаю, стоит ли возражать Семёновне. Как правило, она всегда оказывалась права.

– Так вот, - продолжает она, - повсюду и повсеместно жену содержит муж. Иначе говоря, за ужины-обеды, постирушки и порядок в доме он платит из своего кармана. Так?

Киваю в ответ. Ничего не логичного в словах своей хозяйки не вижу.

– А у нас некоторым жёнам дополнительно приплачивают из особого фонда, и слава богу, не из местного. Да ещё как, говорят, приплачивают, по северным расценкам.

Похоже, вид у меня до сих пор недоумевающий, если Семёновна терпеливо начинает разъяснять мне:

– За всеми нашими гениями в быту пригляд нужен, потому что в этом вопросе они никакие. Тем не менее, прислуги не терпят по моральным критериям. Потому как все мы вышли из социализма, где человек человеку друг, товарищ, но никак не слуга. А заботы все хотят. И разрешить подобное противоречие способна лишь женщина универсальной профессии - жена. Она и повар, и прислуга, и мать, ну, и любовница одновременно.

– Извращением попахивает, - смеюсь я, - если все в одном флаконе, и мать и любовница.

– Не передёргивай, - хмурится моя Семёновна, - Ведь понимаешь, о чём говорю. "Мать" и "Любовница" в этом контексте не конкретные...

– А условные понятия, - подхватываю я, подчёркивая, что всё понял.

– И вообще, понятие "любовь", чтобы ты знал, для многих наших не пустой звук или расхожий литературный термин. Творец он вообще от любви зависим. Ему требуется постоянно быть влюблённым. Так, что подобные истории, что произошла сегодня с математиком, ты ещё увидишь и не раз.

– Вы хотите сказать, что этот школьный математик тоже из гениев?
– сомневаюсь я.

– У него несколько серьёзных научных работ. Одна из них, если верить моей всезнающей подружке Верке, посвящена криптографии. Что он. Ты на нашего художника посмотри. Тот только официально женат четыре раза. Там где гении, там любовь. Это два безумства. Это нормально.

– Так вот почему на вывеске на въезде под "Царёво" "Санта-Барбара" приписано, - смеюсь я.

– Да?
– удивляется в свою очередь Семёновна, - Не видела. В следующий раз поеду мимо специально посмотрю. Ха, "Санта-Барбара"! А что, точно подмечено.

– И всем жёнам здесь приплачивают?
– вновь возвращаюсь я к волнующей меня теме.

– Нет, конечно. Кто по своей воле за нашими талантами сюда приехал, тот на общих основаниях. А есть те, кого убедили поехать сюда вслед за мужем, лишь посулив зарплату на отдельный счёт.

– А что такого жена математика твердила про полгода?

– Говорят, подчеркиваю, говорят, что таким жёнам по контракту запрещено самим бросать мужей. А если тот сам уходит к другой, она обязана ждать его полгода. Вдруг у того не сложится на стороне, и он захочет вернуться назад. Тогда она обязана принять его.

– Варварство, - осуждаю я.

– Бизнес, - не соглашается Семёновна.

НАЧАЛЬСТВО

Без начальства прожить невозможно, точнее нереально. С детства тобой командуют сначала родители, потом учителя, сержанты и офицеры в армии, начальники на производстве либо какая-нибудь старшая офисная сука. И ты вроде бы стараешься освободиться от их надзора и распоряжений, пыжишься сам стать начальником, обзаводишься брюшком, очками и лысиной, самому себе и окружающим кажешься значимым и вдруг осознаёшь, что над тобой всё ещё есть другие начальники. Полностью свободным может быть лишь отшельник. Но жизнь его скудна, уныла и характерна отсутствием горячей ванны.

Думаете это мои умозаключения? Мне ещё рано размышлять на подобные темы. Подобные сентенции выдал старик Егорыч, местный охальник и затычка к каждой бочке. Говорят, да он и сам не отказывается от этого, что своим новым названием, в смысле - Царёво, посёлок обязан ему. Кем был Егорыч в прежней жизни не знала даже Вера Пална, Он один из старожилов посёлка, жил здесь задолго до того, как она и моя хозяйка перебрались сюда.

У него самый колоритный дом в посёлке, с резными наличниками и флюгером в виде Буратино.