Первым делом после приземления его ждал подробный отсчёт о миссии перед советом Старейшин. Те лишь хмурились и кивали при его рассказе. Наконец, главный Старейшина встал на ноги, чтобы провозгласить своё решение.

— Как показала работа Хейкена, земляне не готовы к обладанию нашими технологиями. Их общество больно насилием и ненавистью друг ко другу. Мы больше не должны вступать в контакт с человечеством Солнечной системы. Тем более, что их планета всё равно обречена. Через два года Земля попадёт под сильный метеоритный дождь и будет уничтожена…

— Вот так расстались принцесса и принц. — закончил рассказ Хейк.

— Грустная история! — вздохнула Вероника.

— Продолжение завтра. — отец подмигнул детям.

— Ура! — обрадовались малыши.

— А теперь спать. —родители и дед вышли из комнаты детишек, закрывая за собой дверь.

— Пап , а ты чего так рано приехал? — неожиданно поинтересовалась Юля.

— Интересная у меня дочь. — возмутился полковник.
– Неужели мне родных внуков навестить нельзя?

— Можно. — улыбнулась Близнецова, обнимая отца за шею. Она не заметила как за её спиной неожиданно нахмурился Хейкен. Валентин лишь покачал головой в ответ на его немой вопрос.

Уже глубокой ночью, когда головка жены покоилась на его груди, Хейкен смотрел в потолок, снова и снова прокручивая в голове то, что телепатическим путем поведал полковник.

~ Артём сбежал из тюрьмы и ищет вас! ~

Близнецов вздохнул. Сначала Патринцы, теперь Артём. Что дальше?..

========== Я вернулся!!! ==========

Хейкен тихо, стараясь не разбудить жену, поднялся с кровати. Оглянувшись на спящую Юлю, он снял со стены картину, за которой был скрыт небольшой сейф. Мужчина ещё раз оглянулся, быстро набрал шифр и открыл дверцу, достал коробку. Секунду подержав её в руках, пришелец вернул его на место и поспешно захлопнул дверь. Он дышал так, будто пробежал без остановки несколько километров. Он больше не может! Он не хочет жить в страхе, что Артём найдёт их и навредит Юле, или Веронике с Захаром. Харитон, как его звали на Земле, отправился на кухню. Там он, не включая свет, сел за стол и обхватил голову руками. Нужно было что-то делать.

— Что, не спится? — раздался из темноты голос полковника.

~ А Вы как думаете? ~

— Я же просил! — Валентин напомнил зятю, что он против вторжения в свой разум.

— Простите,.. — брюнет потер переносицу. — Я… Мне страшно. — тихо закончил он. Даже в темноте можно было почувствовать, что полковник улыбается. — Это не так плохо. — полковник тоже присел за стол. — Ты теперь знаешь каково это быть отцом и мужем, постоянно беспокоиться за свою семью. А сегодня ещё тот самый день, когда ты решил вернуться.

— Почему Вы это вспомнили? — Хейкен удивленно посмотрел на смутный силуэт.

— В тот день ты стал человеком! Пистолет, что я дал тебе тогда не пригодится. Я это знаю.

Москва. Восемь лет назад.

Лебедев холодно смотрел на зятя, пытаясь взглядом прожечь в нём дыру. Но как бы он ни буравил пришельца своими светлыми очами, с лица последнего не сходила счастливая улыбка. Видимо, уловив мысли полковника, молодой человек оглянулся на Валентина и подмигнул ему. Ох, паршивец! Знал ведь, что в глубине души Лебедев невероятно горд тем фактом, что совсем скоро из дверей роддома вынесут новорождённых девочку и мальчика - его внуков.

Толпа бывших однокашников полковника и одногруппников Юли окружила новоявленных папашу и деда, поздравляя их семью с пополнением. Лебедев улыбнулся этой ситуации. Нет, не в открытую, но всё же улыбнулся. В памяти всплыл фрагмент из прошлого, когда он впервые встретился с Хейкеном.

— Я беременна! — громко объявила Юля отцу, оглянувшись на стоящего рядом чёрноволосого парнишку. — От него? — просипел полковник. Объект их разговора стоял рядом с его дочерью, застыв слишком неподвижно для человека. Глядя в чёрные глаза незнакомца, Лебедев чувствовал себя так, будто уже встречался лицом к лицу со спутником дочери. Только вот где и когда?

— Ну, это один из вариантов. — нагло заявила шатенка, ухмыляясь. Валентин так был взбешён неожиданным “сюрпризом”, что даже не заметил, как дочь стащила у него пропуск высшего уровня. Тогда он не был рад подобному известию. Скорее, это было подлым ударом в спину со стороны любимой доченьки.

~ Полковник, что я должен делать? ~ в реальность Лебедева вернул нервный голос Хейкена в собственной голове. А, нет, не Хейкена — Харитона Семёновича Близнецова. Придумали же имя. Валентин спохватился. Опять он за старое.