Я не стала наблюдать дальше, а пошла по переулку и набрала номер Дерека, чтоб сказать о полицейском. Если, конечно, он ответит.

— Ты уже управилась? — удивился Дерек. — Ничего же не случилось? — спросил он очень взволнованным голосом.

— Все идеально. Он, конечно, немного пострадал, но выбора у меня не было.

— Не вздумай возвращаться домой. Если ты превратишься, то тебя убьют или того хуже… заставят тебя убить себя.

— Я знаю, но куда мне идти? Не ходить по городу же всю ночь, чтоб в случае превращения убить кого-то.

— Иди к дому Айзека, — потом Дерек примерно объяснил мне куда идти.

— Хорошо, я пойду туда. Надеюсь, у вас все получится и все выживут.

— Надеюсь на это. И будь еще более осторожной.

— Хорошо, и со мной все отлично. Не нужно волноваться обо мне.

— Извини, вот это сделать не могу.

Определенно правильно делаешь, я только что хотела убить этого полицейского.

— Все же, знай, что я в порядке и ничего не происходит.

— Надеюсь на это.

— Наверное, тебе некогда говорить. Снова скажу это, но будь осторожен. До скорого. Я пойду в дом Айзека, — я положила трубку и пошла в направлении к тому дому, правда зачем мне туда идти я так и не поняла.

Минут за двадцать я дошла до дома, я открыла дверь. Внутри было очень темно. Я сразу же испугалась, когда увидела, что Эллисон хотела пустить в меня стрелу.

— Кристал? Что ты здесь делаешь? — спросила она

— Давай без стрел, а? — я отошла от нее и положила свой арбалет на стол. — Дерек сказал мне идти сюда, упустим пока подробности зачем, я потом все объясню.

— Ладно…

— А что здесь делаешь ты?

— Я… — она не успела договорить.

— Она здесь со мной, — сказал Скотт поднявшийся из подвала.

— Понятно, тогда.

— Почему он не отправил тебя домой?

— Потому что полнолуние. И ты все понимаешь.

— Что понимаешь? — спросила Эллисон.

Черт, вот это я конкретно проговорилась. Надо было лучше думать.

— Ладно, похоже, пришло время рассказать тебе всю правду на счет меня.

— Что? О чем ты говоришь? — спросила Эллисон.

— Я даже не знаю с чего тут начинать, — я прошлась по комнате. — Окей, начнем с того, что я не совсем человек. И достаточно давно.

— Что это значит?

— То и значит. Я не оборотень, но я и не человек.

— Все верно, Эллисон. Ее укусил еще Питер и теперь она… такая, — Скотт развел руками.

— И вы мне оба ничего не рассказывали?! — Эллисон немного повысила тон.

— Ну во-первых, он меня не кусал, а поцарапал. И как бы я тебе сказала? — я остановилась и взглянула ей в глаза.

— Ну не знаю, обычно? Или ты мне не доверяешь?

— Вот ты сейчас серьезно? — удивленно спросил Скотт. — Я вместе с ней из тех цепей Дерека доставал.

— Прости, Эллисон, но он прав. И это было из-за тебя. Если бы ты это знала, меня могло бы здесь не быть уже.

— Ладно. Может это и так.

— Но я не превращаюсь.

— И это хорошо.

— Конечно, хорошо. Оборотень в семье охотников долго не проживет.

— Кристал… — тихо сказал Скотт, а Эллисон немого испугалась.

— Что такое? — спросила я, не понимая что случилось.

— Твои глаза…

— Что-то не так с моими глазами? Объясните нормально, — я была уже слегка испугана, потому что понимала, что они могут иметь в виду.

— Они… желтые и святятся, — медленно говорила Эллисон, немного отходя от меня.

— Серьезно? — просила я.

— Да, — кивнула она. И я услышала, что ее сердцебиение уже было быстрее, чем обычно.

— Выходит, я становлюсь оборотнем.

Я не выражала особых эмоций, но я понимала одно, что это — безысходность, я в большей опасности, чем другие оборотни.

— Точно все в порядке? Ты можешь себя контролировать. Хотя это глупый вопрос, — сказал Скотт.

— Пока больше ничего не происходит. Ни когтей нет, ни клыков. Все более-менее хорошо.

— А ты как, Скотт? — дрожащим голосом спросила Эллисон,

— Закрой меня в холодильнике.

Я не стала интересоваться, что за холодильник, как сделала бы в обычной ситуации. Я просто не знала, чего ждать дальше, что происходит со мной. Если я сейчас превращусь, то я могу навредить Эллисон. Надеюсь, этого не произойдет. Хотя, от этого замедленного превращения неизвестно чего можно ждать.

— Скотт, ты уверен? — спросила Эллисон, подойдя к нему на пару шагов ближе.

— Я не хочу навредить вам.