Я послушно начала рассказывать:

– Я сегодня ходила на этот склад проводить проверку на пригодность товаров. Это по методу биолокации, - пояснила я для Аркадия Васильевича.
– Познакомилась там с Кирой Георгиевной, начала проверять товары на стеллажах у правой стенки. А потом Кира Георгиевна пришла меня проведать и сказала, что у неё сегодня день сплошных проверок - сначала Марина, потом санинспекторы, теперь я. А я спросила, что за санинспекторы, знает ли о них папа. Позвонила папе, оказалось, что папа ничего не знает. Он попросил Киру Георгиевну скопировать видеозапись камер наблюдения за тот период, что в складе находились санинспекторы. (Я всё-таки решила при адвокате не говорить, как я обнаружила пакеты). Когда она копировала, я обратила внимание, что мужчина что-то засунул на полки в центре склада. Я туда сбегала и нашла там три пакета с белым порошком. Кире Георгиевне я об этом говорить не стала, просто избавилась от пакетиков.

– Как избавилась?
– уточнил внимательно слушавший Аркадий Васильевич.
– Я имею в виду, ты их спрятала или уничтожила?

– Я вспомнила, как в моей любимой книге мальчик нашёл пакет с таким порошком и спустил содержимое в унитаз. Вот и я содержимое тоже спустила вниз, никто их больше не найдёт.

А что, я правду сказала. Я же не сказала, что спустила в унитаз, но понять меня можно было так.

– А потом что было?
– спросил Аркадий Васильевич.

– А потом я взяла диск у Киры Георгиевны и отнесла его папе. Мы у него этот диск просмотрели, и я ему сказала, что тётку-санинспекторшу я видела вчера около нашего дома. Папа убрал диск в сейф, и мы пошли домой.

– Слушай, Анатолий, - повернулся Аркадий Васильевич к папе, - завтра утром я к тебе заеду в офис, сделаем копию этого диска и для меня. Думаю, лишним не будет. Даже две копии, пожалуй. Будем держать вторую на всякий случай наготове. Возможно, понадобится предоставить её полиции.

Вскоре Аркадий Васильевич попрощался и ушёл. Проводив его, папа вернулся в гостиную и подсел ко мне.

– Почему ты мне об этих пакетиках не рассказала?
– тихо спросил он, обняв меня и прижав к себе.

– Прости, папочка, я просто не хотела тебя волновать, - виновато потупилась я.
– Теперь я понимаю, что мне надо было сказать и тебе.

– А кому ты сказала?
– спросила мама.

– Я не по записи узнала про эти пакетики, - призналась я, - я их увидела внутренним зрением и сразу же сообщила Учителю. Он мне и сказал, что нужно с ними сделать.

– Спустить в унитаз?
– улыбнулся папа.

– Нет, это в книге наркотики были спущены в унитаз, - тоже улыбнулась я, - а я их спустила вниз, в землю, по дороге к твоему офису.

– Как спустила?
– не понял папа.

– Зашла в скверик, попросила растительность прикрыть меня, нашла ямку в земле, положила туда эти пакетики и попросила стихию земли убрать эту гадость как можно глубже. Вот земля расступилась, пакетики провалились, а земля снова сошлась. И всё. И я понесла тебе диск.

– Да, я понял, что диск ты с Кирой Георгиевной не просматривала, иначе ты бы в моём офисе так не среагировала на эту тётку. Не хотела рассказывать про свои способности при Аркадии Васильевиче?

– А должна была?
– спросила я.

– Пожалуй, этого нашему адвокату не надо знать, - задумчиво сказал папа.
– Не потому, что я ему не доверяю, просто это знание ему не нужно. А что, на диске действительно видно, как этот "инспектор" пакетики пристраивал?

– Это я отвлекла твоё внимание на ту тётку, вот ты в первый раз и не заметил, чем дядька тот занимался. Думаю, при повторном просмотре ты бы и сам обнаружил, как он подкладывает что-то на полки.

– Ну, ладно, хорошо, что всё нормально закончилось, - снова обнял меня папа, заметив, как я расстроена.
– Но давай договоримся, дочка, больше от меня ничего не скрывай. Я не Марик, меня оберегать не надо.

– Предупреждён - значит, вооружён?
– спросила я.

– Вот именно, - подтвердил папа.

13 сентября, пятница

В пятницу первым уроком был русский. Хотя вроде бы всё шло нормально, мы с Диной заметили, что Александра Николаевна чем-то расстроена. Урок, как всегда, проходил интересно, другим и незаметно было, что учительницу что-то гнетёт.

"Мне кажется, у неё что-то неприятное случилось", - поделилась я с Диной.

"Я тоже вижу, что у неё что-то не в порядке", - откликнулась подруга.

"Давай, спросим на перемене Инессу Степановну, может, она знает, в чём дело", - предложила я.

"Давай", - согласилась Дина.

На перемене мы связались с Инессой Степановной и рассказали ей, что нас тревожит настроение Александры Николаевны. Какая-то она не такая жизнерадостная, как обычно. Инесса Степановна пообещала, что постарается выяснить, что случилось. На следующей перемене она нам сообщила:

"Я выяснила. Это бытовые трудности. У Александры Николаевны ведь нет своего жилья. Школа ей снимает комнату в двухкомнатной квартире, платит хозяйке 5 тысяч ежемесячно, плюс Александра Николаевна оплачивает половину коммунальных платежей. Теперь квартирная хозяйка требует ещё 5 тысяч в месяц, а это довольно большая сумма для зарплаты Александры Николаевны. Да и условия проживания у неё неуютные, комната, по существу, проходная. Я подумаю, как можно помочь. Самое лучшее было бы найти ей другую квартиру, да и приработок не помешал бы".