Он посмотрел на плиту, потыкал ножом курицу. Всё в порядке. На всякий случай он сделал огонь поменьше.

– Слушай, Брайан, я не хочу ворошить неприятные мысли, но и молчать не хочу. Я поискала информацию, и меня пугает, сколько людей, переживших второй триггер, закончили плохо, причём быстро закончили. Я думаю, это связано с грузом, который свалился на тебя, с тем, что произошло... Я... Я не сильна в этом. Не сильна в том, что связано с людьми. Но у меня тоже бывали чёрные дни. Моя мама умерла не так давно, не помню, обсуждали ли мы это. Потом травля в школе... Я порой думаю, как все эти события могли повлиять на то, что именно я делаю и зачем. Не знаю, куда меня заведёт, но, надеюсь, ты понял, что я здесь ради тебя.

Когда она заговорила о произошедшем, он ожидал появления того тёмного беспокойства, которое мучило его прежде. И хотя его сердце ёкнуло, но совсем не так, как раньше. Через крохи одолженной у неё силы он чувствовал работу насекомых, выполняющих сотни едва отличающихся задач: отдельные рои прочёсывали пространство вокруг, протягивали шелковые нити через дверные проемы и дороги, маркировали людей в окрестностях, следили за движениями этих людей, группировались в пустых помещениях, чтобы проверять столы и шкафы в отсутствие хозяев.

А Тейлор просто спокойно стояла здесь, опираясь на кухонную тумбу. Она по-прежнему ничего не видела и не слышала, а человек, к которому она обращалась, не отвечал уже по меньшей мере минуту. Наверняка у нее были свои мучительные мысли, тысяча обязанностей, сотня причин злиться или винить себя, но ей как-то удавалось сохранять непринужденность.

Возможно, это такое же напускное спокойствие, которое она демонстрировала, подходя к штаб-квартире?

Он размышлял, исчезнет ли этот напускной вид, если сейчас застать её врасплох? Но он не хотел поступать так грубо, это было бы неправильно.

Нужно что-то другое. Почти на автомате Брайан шагнул вперёд и потянулся к ней, но затем остановился, опустил руки. Если он обнимет её, будет ли это злоупотребление доверием? Или нет? Он...

– Эй, - сказала Тейлор так тихо, что он едва услышал. Немного громче она добавила: - Давай.

Она знала? Но... при помощи её силы он заметил искорки насекомых, которых она поместила на отвороты его брюк, на края рукавов.

Как она успевает за всем следить?

И как он должен теперь себя вести? У него никогда не было друзей за пределами команды, его общение с девушками было ограничено флиртом, "работой" с командой и ссорами с сестрой.

Он сглотнул и, протянув руки, взял её за плечи и мягко притянул к себе. Его движения были легкими, ведь он не мог выбросить из головы мысль, что если сжать её слишком сильно, она может сломаться.

Она обняла его за талию и положила голову ему на плечо. Оба движения поразили своей силой и стремительностью.

Он позволил тьме исчезнуть, изгнал искорки, которые, по мнению Тейлор, символизировали то, как ничтожны люди в огромном мире. Когда свет вернулся, остались только они вдвоём.

– Этого ты хотел?
– прошептала она.

– Ты такая спокойная, - ответил он, сам не вполне понимая, что именно имеет в виду.

– Вот и славно, - ответила она почти такой же нелепой фразой.

Они стояли так некоторое время, его подбородок покоился на её макушке. Он чувствовал, как она дышит и как бьется её сердце, чувствовал тепло её дыхания на своей груди. Он ощутил свои слёзы и сморгнул их, недоумевая, почему они вообще появились.

– Прости меня, - сказал он.

– Тебе не нужно извиняться.

Он не знал, за что извиняется. За эту неловкость, за время, в течение которого это тянулось? За то, что поставил её в положение, когда она понимала, что он уязвим и не могла сказать "нет"? Ему казалось, что она не против. Если бы она возражала, подумал он, был бы какой-то знак, какое-то движение, какая-то попытка отстраниться.

Может быть, он просил прощения за то, что он не сделал этого раньше?

Он отбросил сомнения и колебания.

– Может, мы?
– он немного отстранился и показал в направлении дивана.

– М?
– Её глаза немного округлились.

– Нет... не это, просто...
– он помедлил, пытаясь найти слова, чтобы выразить свою мысль так, чтобы не поставить её в неловкую ситуацию.

– Ладно, - она, кажется, догадалась, что он имел в виду. Повела его за руку в комнату. Он устроился первым, поправил диванные подушки, чтобы подложить их под голову. Она сняла нож, пистолет и выложила содержимое карманов на ближайший кофейный столик.