Он, казалось, колебался, следует ли настоять, чтобы проводить меня или же оставить в покое. В конце концов, он нерешительно кивнул.

– Хорошо. Когда я увижу тебя снова?

Я не могла посмотреть на него, но могла с уверенностью сказать, что он пытался оценить мое состояние после слов Рене. Я напомнила себе, что не имеет значения, что она думает и что у нее не все дома, но это не имело значения.

Я не могла избавиться от этих слов. Эта толстая маленькая никто.

Я натянуто улыбнулась.

– Не волнуйся, Кэл. У нас свидание на физиотерапии. Я не готова отказаться от тебя еще, - сказала я ему, просто чтобы доказать, что в порядке.

Но я была не в порядке.

Я еле успела выйти из ресторана, прежде чем слезы начали падать.

Глава 15

Кэл

Когда Би ушла, я упаковал остатки еды и ушел, проклиная Рене на каждом шагу.

Когда она поливала грязью Би, та выглядела так, как-будто ее ударили в живот. И это заставляло меня хотеть позвонить Рене и орать на нее снова и снова.

Вместо этого я силой воли выпихнул мысли о ней. Любой контакт лишь поощрит ее. Вместо этого, я сосредоточился на Би.

Мне нравилось думать о ней. Мне нравились маленькие морщинки у нее на переносице, которые появлялись каждый раз, когда она делала глоток пива. Мне нравилось, как она сначала съедала пепперони с куска, а потом ела все остальное. Мне нравилось, как она кончала, опираясь на меня, и дышала мне в ухо быстро и горячо после этого.

Мне нравилось быть у нее первым.

И уже я знал, что не хочу, чтобы ей обладал кто-то еще.

Когда-либо.

Сумасшествие ли это? Может быть. Но меня это не заботило.

Сделав полный оборот, мои мысли опять вернулись к Рене. Что, черт возьми, это значило?

Я вспомнил, выражение на лице Би, когда она уходила, и застонал. Она ушла от разговора, выглядя при этом неуверенной, смущенной и растерянной. Как-будто испускаемый Рене яд причинял вред каждому, кроме нее самой. По правде говоря, мне было плевать, кто и что говорит, и меньше всего, что говорит Рене.

Весь путь до дома я пытался придумать способ доказать это Би, не давя и не пугая ее. Я так и не нашел ответ на эту проблему, когда подошел к своему дому и увидел Рене, сидевшую на скамейке. Когда она увидела меня, ее лицо исказилось, и она заплакала.

– Мне жаль, Кэл, - она шмыгнула носом в свой шарф, прижимая подбородок к груди.

Я разрывался между желанием встряхнуть ее и пожалеть ее несчастную жизнь. У нее явно были проблемы, а я не из тех людей, которые бьют лежащего. Но, черт побери, она причинила боль Би, и я не мог вынести это.

Я сел на скамейку рядом с ней, ища в карманах толстовки носовой платок, но ничего не нашел.

Это не первый раз, когда мне приходиться расставаться с девушкой. Это даже не первый раз, когда мне опять приходиться расставаться девушкой, потому что она не приняла все это с первого раза. Би никогда не покупалась на мои дешевые оправдания. Но я знал, что с девушками подобным Рене, лесть, ни к чему тебя не приведет.

– Послушай, Рене. Ты умная. Интересная. Красивая. Сейчас тебе кажется, что я - единственный парень в мире для тебя. Но ты знаешь, что это неправда, потому что есть тысячи других парней, которые убили бы за то, чтобы быть с тобой.

Она фыркнула, но ничего не сказала.

– Обернись назад и посмотри на все со стороны. Давай.

Она начала громко всхлипывать:

– Я сделала это, Кэл. И когда я это сделала, все приобрело смысл. Ты и я. Я сделала одну ошибку. Одну. Но ты продолжаешь использовать ее против меня. И отказываешься увидеть очевидное, что мы принадлежим друг другу. Но ты увидишь. Вот почему я никуда не уйду. Я верю в нас, даже если ты нет на данный момент.

Я сделал вдох, недоумевая, откуда все это взялось. Может быть, Би права. Может быть, Рене больше, чем просто немного расстроена.

– Иногда мы можем обернуться назад и ностальгировать о прошлом, забыв о плохих вещах.
– Она вцепилась за мой рукав как за спасательный круг, и я осторожно попытался отстраниться от нее.
– Но факт заключается в том, что с нами происходило много плохих вещей. Это происходило из-за того, что мы не подходим друг к другу.

Она повернулась и посмотрела на меня. Даже с размазанной тушью, она не выглядела раздавленной. Она выглядела как непревзойденная актриса, играющая свою роль. Ее голос стал низким и хриплым: