— Как же я могу возражать против этого! — энергично сказал король.

К следующему вопросу доктор подступил очень осторожно, понимая всю его деликатность.

— У нас, у русских, — задушевно сказал он, — принято давать имена местам, которые накрепко связаны с делами той или иной личности. Вот, скажем, Баранов, главный правитель американских колоний России. Вы слышали, сколько сил положил он на то, чтобы отбить у местных племён остров Ситху и превратить его в центр деятельности компании?

— Конечно, — ответил король. — Капитан первого русского корабля, посетившего Кауаи, говорил мне, что должен оказать помощь русским в их борьбе за потерянный остров.

— Вы имеете в виду капитана Лисянского? — радостно подхватил доктор Шеффер. — После того как он помог Баранову вернуть остров русским, Лисянский сам переименовал Ситху в остров Баранова в честь заслуг этого выдающегося человека перед Российской империей. Я намерен сделать для Кауаи не меньше, чем Баранов сделал для процветания острова Ситхи. Как вы считаете, будет ли правильно, если долина Ханалеи отныне будет связана с именем Шеффера?

Король Каумуалии уставился на него непонимающими глазами, и тогда доктор Шеффер выразился более определённо:

— Будет ли правильно, ваше величество, если отныне мы будем называть долину Ханалеи долиной Шеффера?

Каумуалии почесал затылок и сплюнул. В конце концов у европейцев свои обычаи. Они дают местным жителям свои имена, которые звучат для них более привычно. Если же доктору хочется назвать своим именем долину, которая уже принадлежит русским, то это его право, решил после некоторого раздумья король. Стоило ли усложнять жизнь спорами по такому мелкому вопросу?

— Пусть будет, доктор, так, как вы хотите.

— Ваше слово для меня закон, — чётко, по-военному, сказал доктор Шеффер. — И я могу рассчитывать на людей, которые проживают в этой долине?

— Если вы хозяин долины, вы будете хозяином всех живущих там людей, — ответил король.

— Чтобы не возникло никаких недоразумений, я бы хотел, ваше величество, чтобы кто-то из вождей объявил о вашей воле жителям долины Ханалеи.

— Им будет объявлено об этом одним из моих вождей, — пообещал король.

После таких заверений доктор Шеффер с лёгким сердцем стал готовиться к отплытию в долину Ханалеи. Для устройства поселения он взял с собой группу из двадцати русских и нескольких алеутов во главе с изгнанным с острова Оаху Петром Кичеровым. На борту «Ильменя» отправился и один из первых вождей острова Кауаи, уроженец этой долины Ована Тупигиа. Король Каумуалии поручил ему оказать доктору всемерную помощь во всех делах, которые русский начальник пожелает осуществить в долине.

Долина Ханалеи,

октябрь 1816 года

Первые несколько дней после прибытия в Ханалеи доктор Шеффер потратил на то, чтобы вместе с местными вождями обозначить границы долины, которая отныне должна принадлежать русской компании, а точнее — её представителю доктору Шефферу. Он включил в эти границы самую плодородную часть долины вместе со склонами гор, поросшими сандаловым деревом, реку Ханалеи в её нижнем течении, все протекающие здесь ручьи и саму гавань.

После этого сам составил текст акта от имени короля Каумуалии о передаче долины в собственность доктору Шефферу. Некоторое время он раздумывал: стоит ли указывать в названии дарственного акта, что долина передаётся Российско-Американской компании, или же будет более разумным написать, что она передаётся доктору Шефферу. В конце концов он пришёл к выводу, что с юридической точки зрения более осмотрительной будет формулировка «доктору Шефферу». Мало ли что может случиться в будущем с компанией. Вдруг её ликвидируют, и тогда, само собой, пропадёт право собственности компании на долину. Если же записать — «доктору Шефферу», то это означает уже личную собственность. В тексте же акта на всякий случай, чтобы не было придирок со стороны Баранова или других представителей компании, надо написать, что долина Ханалеи передаётся комиссионеру компании доктору Шефферу. При желании это можно будет истолковать так, что доктор Шеффер получил долину для компании как её специальный уполномоченный.

Доктор Шеффер посчитал необходимым оговорить в акте, что долина Ханалеи передаётся вместе со всеми проживающими там семьями и отныне все права на порт, землю, реки и семьи местных жителей переходят к доктору Шефферу или же его преемникам. Под последним словечком можно было понимать как прямых, так и побочных наследников.

Доктор Шеффер ознакомил с текстом акта вождя Овану Тупигиа, заявив, что его содержание полностью соответствует воле короля Каумуалии, и попросил подписаться под этой бумагой. Когда же вождь неумело начертил свою закорючку, Шеффер сказал ему, что было бы хорошо, если бы, перед тем как объявить акт местным жителям, под ним поставили подписи и другие вожди долины Ханалеи.

— Имейте в виду, мой дорогой вождь, — сказал через переводчика доктор Шеффер, — что за вашу помощь я щедро отблагодарю вас. У меня готовы подарки и для других вождей.

Это сообщение значительно ускорило дело. К вечеру под бумагой расписались тридцать три вождя долины Ханалеи. И вот наступил день торжественного оглашения воли короля Каумуалии, как и воли нового хозяина долины доктора Шеффера. Канаки, включая женщин и детей, были собраны на лугу недалеко от расположенной в устье реки самой большой деревни. Доктор Шеффер попросил вождей, чтобы народ был наряжен по-праздничному, в свои лучшие одежды. Позвали певцов, музыкантов, танцоров. Было заготовлено богатое угощение — из запасов вина и рома, доставленных в Ханалеи на борту русского корабля, и продуктов, выделенных в обмен на подарки, обещанные вождям.