Путем визуальных наблюдений мы установили, что у местных есть радиосвязь — над одним из домов торчала антенна. Я включил приемник и перехватил несколько сообщений. Говорили они по-русски, архаично, но понятно. Я пошарил в справочниках и узнал, что эти территории относились раньше к русскоязычному государству Сибирь. Стало понятно, почему Анна остановила свой выбор на этом уголке планеты. Я бы тоже выбрал «соотечественников», пусть и весьма условных.

— Интересно, откуда у них электричество для радиоприемников? — вяло поинтересовался я, не ожидая ответа.

— Мало ли, — Вики пожала плечами и привычно отбросила челку со лба. — Ветряки, солнечные батареи… С прежних времен что-то да сохранилось.

— Но недостаточно для освещения домов, — заметил я.

— Естественно. Наверняка заряжают какие-нибудь старенькие аккумуляторы и питают ими исключительно радиостанцию. И охота им так жить? — Вики поежилась.

— Вряд ли у них есть выбор.

— Это точно, — девушка помрачнела и задумалась о чем-то своем.

Переговоры радистов касались предстоящих осенних торгов в одной из деревень. Я уменьшил громкость приемника, но не ушел с частоты. Мало ли что они еще скажут, вдруг что-то полезное для наших поисков всплывет.

К этому моменту мы осмотрели округу на несколько сотен километров во все стороны, и стало ясно: перед нами что-то вроде маленького содружества поселков, обособленное от остального мира. Ближайшее такое же скопление жителей находились в полутысяче километров западнее, за большим озером.

Земля явно не могла похвастаться большой плотностью населения, но и пустынной я бы ее не назвал. Понятно, что местные родились уже после Исхода и просто не имели возможности изменить свою судьбу. Предки не оставили им выбора. Это было грустно, но по-своему справедливо.

Размышляя над земной историей, я продолжал смотреть на экран, обращая внимание на каждую женщину или девушку, которая появлялась в поле зрения камер. Но Вики каждый раз качала головой, и я соглашался: женщины были либо намного старше, либо куда фигуристее. Изредка попадались девушки похожего возраста и стати, но совершенно не напоминающие Анну внешне. Два или три раза за эти дни мы делали стойку и долго отслеживали очередную молодую особу. Иногда приходилось немного менять положение катера, чтобы получить четкую картинку лица, и становилось ясно: нет, опять не она.

И каждый раз Вики незаметно выдыхала и разжимала кулаки, словно боялась, что это окажется Анна. Я поглядывал на нее исподтишка и гадал, кто же она такая на самом деле и почему так близко к сердцу воспринимает эту историю, но спросить напрямую так и не решился. Я очень сомневался, что она захочет ответить.

А на девятый день мы нашли Анну. Она жила в небольшом поселке на северо-востоке «конгломерата». Мы только начали наблюдение, я по привычке нашел дом с антенной (на него было удобно ориентироваться) и вяло поинтересовался у Вики:

— Ты вчера пересматривала записи?

Она кивнула, отхлебнула кофе и передала мне термос. Я налил себе горячей черной жидкости. Вики делала кофе с сахаром, и мне приходилось с этим мириться.

— Ничего?

— Ничего. Я бы сказала.

Однообразие и скука не в лучшую сторону сказывались на нашем общении. Обсуждать было больше нечего, и теперь Вики частенько замыкалась в себе или огрызалась. Я-то привык мало говорить и сидеть неподвижно, но и меня неделя такого времяпровождения измотала.

— Ну извини, — я сделал большой глоток кофе и поморщился.

— Я смотрю, ты опять недоволен, — зло буркнула Вики.

— Я просил поменьше сахара класть.

— Без сахара эту бурду пить вообще невозможно!

— Что-то раньше ты это бурдой не называла, — обиделся я за свою кофеварку.

— Думала, привыкну, но никак не получается! Ой, Алекс! — Вики позабыла про кофе и вцепилась мне в руку, лежащую на подлокотнике. — Алекс, это она!

Из домика с антенной вышла молодая девушка, и я сразу понял, что Вики права. Анна Бовва не очень-то скрывалась. Она была в брюках и куртке явно не местного покроя и сильно отличалась от здешних женщин. Они носили штаны, но совсем другие, а чаще все же были в юбках или платьях.

— Антенна! — сказал я. — Наверное, она сказала, что разбирается в радио. Что может быть полезной. Поэтому ее и не убили, оставили.

— Да. Ты прав. — Вики выдохнула и отпустила мою руку. На запястье остались красные следы ее пальцев. — Не могу поверить, что мы ее нашли…

Девушка шла по улице, здоровалась с односельчанами, а мы продолжали следить за ней взглядами, не в силах оторваться.

— Давай посмотрим, куда она идет, — предложила Вики.

— Обязательно, — кивнул я.