Если в моей первой книге «Гоа. Исповедь психоделической устрицы», я рассматриваю проблему перехода с третьего на четвёртый контур восприятия, которую Р. А. Уилсон описал как «осознание себя одомашненным приматом и нежелание им быть», то в новой книге я пытаюсь увидеть проблемы, которые могут возникать при переходе с шестого на седьмой контур (по теории Тимоти Лири), когда возникает выбор между слиянием своего «я» с божественным и отдалением себя от Бога. Проделав огромный эволюционный путь, человек может заявить, что он стал богом. Какой выбор сделает человек в будущем? Вернуться туда, откуда мы все пришли, или стать новым Создателем? Бестелесная осознанная форма существования в ядре молекулы своего ДНК? Или бесконечное блаженство ощущения себя частицей божественного? Возможность сотворять новые миры, наполняя их частичками себя, или бесконечная цепь перерождений?
Василий Караваев
Василий Караваев
Устрица раскрылась
Утопический роман
2014
Вступление
Перед вами утопический роман, написанный мною в 2012 году. В его основу легли труды профессора Гарвардского университета, психолога, «отца» психоделической революции Тимоти Лири1. Здесь вы увидите знакомых персонажей моей предыдущей книги [1] , живущих в настоящем и будущем, прошедших трансформацию сознания временем и новыми химическими веществами. Группа психоделических химиков-исследователей, продолжая работать над незаконченным в связи со смертью Альберта Хофмана2 проектом нового психотропного вещества, сталкивается с промежуточной формулой, радикально меняющей восприятия мира. Все люди нашей планеты попадают под действие нового психоделика — «сыворотки гармонии». Наступают времена идеального гармоничного общества. Человек открывает для себя новые участки своего мозга и новые возможности. Общество вместе с человеком делает квантовый скачок восприятия. Но нонконформизм, запрятанный в ДНК некоторых персонажей, не даёт им покоя даже в раю на земле…
1
Гоа. Исповедь психоделической устрицы.
Если в моей первой книге «Гоа. Исповедь психоделической устрицы», я рассматриваю проблему перехода с третьего на четвёртый контур восприятия, которую Р. А. Уилсон описал как «осознание себя одомашненным приматом и нежелание им быть», то в новой книге я пытаюсь увидеть проблемы, которые могут возникать при переходе с шестого на седьмой контур (по теории Тимоти Лири [2] , когда возникает выбор между слиянием своего «я» с божественным и отдалением себя от Бога. Проделав огромный эволюционный путь, человек может заявить, что он стал богом. Какой выбор сделает человек в будущем? Вернуться туда, откуда мы все пришли, или стать новым Создателем? Бестелесная осознанная форма существования в ядре молекулы своего ДНК? Или бесконечное блаженство ощущения себя частицей божественного? Возможность сотворять новые миры, наполняя их частичками себя, или бесконечная цепь перерождений?
2
Семь контуров восприятия Тимоти Лири.
Глава 1
Пожизненное заключение или электрический стул. Ха-ха! Они мне обещают пожизненное! Очередной приступ моего идиотского смеха разносится по коридору и заставляет охранника включить видеокамеру, встроенную в стену под потолком. Оживает монитор, висящий в моей камере, рядом с туалетом и на экране появляется сонная рожа охранника. Огромная, насаженная на короткую толстую шею физиономия прищуривает один глаз и пытается напрячь свой небольшой мозг.
— Эй, русский, совсем спятил, что ли? Что может быть весёлого в твоём положении?
— Извини, мой индийский брат, я не хотел тебя потревожить, — стараясь сделать серьёзное лицо, отвечаю я, вытирая невольно выступившие слёзы смеха на своих щеках. Едва ли ты сможешь меня понять, даже если очень захочешь.
— Это уж точно! Понять того, кто отправил на тот свет несколько миллионов человек, я никогда не смогу, — ворчит вертухай, недовольный тем, что его сон прерван. — Только, ради бога, не вздумай мне рассказывать весь твой бред, который ты вещаешь судье и прокурору. С тех пор, как тебя сюда посадили, я подписался на все новости, связанные с тобой, и поэтому в курсе событий. Я-то уж точно не поведусь на твои сказки. У меня иммунитет против таких, как ты. Я добровольно, одним из первых сделал себе прививку от всевозможных способов влиять на моё сознание и восприятие окружающего мира.
— Мне жаль тебя, дружище. Напрасно твоя ДНК проделала путь в миллионы лет, только для того, чтобы закончить его в этом году.
— Ну, мы ещё посмотрим, чья ДНК закончила путь, а чья только начинает, — огрызается охранник. — В 2012 году тоже всех пугали концом света, однако все остались живы и здоровы, даже лучше стали жить. Так что, если и придёт конец света в этом году, как ты говоришь, то только ещё лучше заживём. Но всё же, что тебя так развеселило?
С экрана монитора на меня смотрел точно такой же, как и его отец, обычный индус с простым лицом, неспособный самостоятельно рассуждать не только о квантовой физике или молекулярной психологии, но и о простых вещах. Он полностью доверяется коллективному сознанию, которое избавляет его от этого бремени. В отличие от своего отца, который за свою жизнь даже не слышал таких слов, Суреш, проходит ежегодный нейрохимический апгрейд мозга и знает все новейшие научные открытия. Он может рассказать всё, чего достигла наука за последние 500 лет, но ему не интересно и скучно. На его лице застыла вселенская тоска, которую ему хотелось бы развеять чем-то простым и приземлённым. Мне его жаль, и я передумал делиться с ним истинной причиной моего спонтанного истерического смеха, зная, что он начнёт зевать после нескольких минут моего рассказа.
— Ничего особенного, Суреш, просто вспомнил, как чуть больше сорока лет назад я сидел в тюрьме Vasco. Я хорошо помню твоего отца, тогда в 2009 году, он служил в должности овалдера. Ты очень похож на него. Жаль, что он не дожил до того времени, когда нам всем «вкололи» сыворотку гармонии.
— И почему это тебя так развеселило? — раздув щеки, словно хомяк-переросток, от наполняющей его обиды, с вызовом спросил охранник, видимо, приготовившийся в споре доказать мне преимущества выбранной им профессии.
— Знаешь, всю жизнь меня преследуют моменты синхронизации, — произнес я, сдерживая улыбку. — Когда-то, сидя в этой тюрьме (тогда она ещё была в старом здании), я обещал себе, что никогда больше не попаду за решётку. Но вот я снова здесь и общаюсь с сыном овалдера Мэтью, того самого, который проносил нам за какие-то гроши в камеру гашиш. Разве это не божественное совпадение?
— Да, просто не верится, что это было незаконно, а сегодня смешно даже представить человека, желающего употреблять этот древний медицинский препарат. Его ведь употребляют сейчас только при редких психических расстройствах. Ты тогда был болен?