– Согласна, - киваю я, взвесив «за» и «против».

Пока мы отвлекаемся на разговор о свитке, прозрачные двери бокса раздвигаются, и один из биологов с гордым видом вручает Никите готовый пузырек с красной эмульсией.

– Объявляю первую часть эксперимента состоявшейся!
–  провозглашает Гавриил Германович, поворачиваясь к коллегам.

Лаборатория взрывается громкими аплодисментами.

– Всех ждет премия! Да поможет нам Всевидящая Тень довести эксперимент до победного конца!

Пламенная речь о премировании завершается продолжительными овациями. Гавриил Германович помещает пузырек с F-вирусом в заготовленный футляр и вместе с Никитой выходит из лаборатории через второй выход.

С вопросом «Как они разработают антидот без нашей части формулы?» я разворачиваюсь к Даше, но рядом ее не обнаруживаю. Рассеянно пробегая глазами по лаборатории, я нахожу ее сидящей за чьим-то компьютером.

– Смотри, программа F-вируса все еще в открытом доступе, - докладывает она, разворачивая монитор таким образом, чтобы наши головы никому не были видны.

На экране всплывает информативная заставка с голосовой озвучкой.

Даша фотографирует на смартфон изображение формулы с экрана, а я, затаив дыхание, указываю ей на имя в конце длинного списка имен разработчиков - «Жук Б. Б. Зона № 6». На простое совпадение не похоже, поэтому, стуча по клавиатуре нарощенными ногтями, Даша путешествует по воздушному пространству электронных папок базы данных сотрудников Зоны № 6 и вскоре находит искомые инициалы.

Негусто… Так или иначе, как только Даша прекращает игру на клавиатурном пианино, мы шустренько выскальзываем из лаборатории. Без происшествий нам удается миновать стеклянный мост. В исследовательском корпусе стук ее каблуков начинает действовать мне на нервы. Снова и снова повторяющаяся однотонная дробь отражается от куполовидных нефов и разносится раскатистым эхом. На повороте к гардеробной я наконец-таки хочу перевести дух, но навстречу нам генеральской походкой шествует Гавриил Германович собственной персоной.

Его Беспроигрышное Высокоблагородие Злой Рок делает шах и мат!

Незаметная ступенька предрешает дальнейшую судьбу. По нерасторопности я спотыкаюсь о злосчастный порожек. Запускается цепная реакция. Мои кеды испытание на устойчивость не выдерживают. По инерции я лечу прямо на Гавриила Германовича. Незапланированные объятия для него выходят боком. Я сбиваю его с ног и наваливаюсь сверху.

– Гавриил Германович, вы как?
–  с нарастающей драмой в глазах вопрошаю я его, смущенно поправляя съехавшие с переносицы очки.

Гавриил Германович выдает тираду проклятий в адрес суровой действительности.

– Ева, Ева… ты вновь перевернула мою жизнь с ног на голову, - укоризненно хрипит он, разве что его руки как-то нескромно обхватывают мою талию и силой наклоняют.
–  Я вновь чертовски зол и вновь чертовски возбужден.

К моему стыду, восседая на нем, как полководец на коне, я отчетливо чувствую под собой увеличивающийся и крепчающий детородный орган.

– Извините меня, Гавриил Германович, я не хотела, - сконфуженно бормочу я.

Мне грезится, что его руки умышленно удерживают меня на себе.

– Извинения приняты, моя маленькая проказница, - словно читает мои мысли Гавриил Германович и демонстративно разжимает пальцы.

Сразу после обретения земли под ногами он выстраивает между нами прежнюю субординацию. Тут уж ничего не попишешь, независимо от его растерзанной белой рубашки с застрявшими под ремнем серых брюк пуговичками, ему идеально подходит выражение «застегнут на все пуговицы».

– Хос-с-споди… ты разодрала коленку!
–  опечалено взмахивает руками Даша, глядя на сочащуюся из моего колена струйку крови.