— Нет.

Я отчетливо слышала это «нет». Не зная, можно ли расспрашивать мальчика, я просто пожелала детям спокойной ночи и вышла.

Утром меня разбудили восторженные крики Васфие. Она влетела ко мне в комнату и радостно сообщила:

— Феридэ-ханым, Мехмед заговорил!

Я спокойно приподнялась с постели и поинтересовалась:

— Васфие, а как это случилось?

— Я пришла звать малышей завтракать, а Мехмед спросил, не уехала ли ты…

— Для меня это не новость. Вчера вечером, когда я прочитала детям сказку, он задал мне тот же вопрос.

Заведующая восторженно всплеснула руками.

— Какое это счастье! Теперь мы узнаем, откуда он и где его родители. А мы-то считали малыша немым…

Быстро одевшись, я поспешила вслед за Васфие в столовую. Малыш ковырял ложкой кашу. Когда Мехмед увидел меня, то глаза его засветились. Мальчик бросился ко мне и обхватил ручонками мои ноги. Я взяла Мехмеда за руку и подвела обратно к тарелке. Покормив ребенка, я предложила ему конфеты, которые привезла из Кушадасы. Мальчик с удовольствием съел все. Только тогда я приступила к расспросам.

— Как тебя зовут?

Несмотря на его молчание, я не унималась:

— Мы называем тебя Мехмед, но это же твое ненастоящее имя?

Мальчик кивнул.

— Все в доме обрадовались, что ты заговорил. Это настоящий праздник. Но многие не слышали твоего голоса. Если не трудно, повтори еще раз то, что ты сказал вчера вечером и сегодня утром.

Ребенок насупился. Он заерзал на стуле и, по всей видимости, хотел убежать.

— Если ты желаешь уйти — иди. Я не буду тебя задерживать.

Малыш вскочил с места и как угорелый бросился на улицу. На пороге комнаты он остановился и громко выпалил:

— Меня зовут Ихсан…

Измир, 2 июля

У меня больше ничего не осталось. Мой дом в Кушадасы сгорел. Это поместье досталось Хайруллах-бею от дедушки в наследство. Оно простояло столько лет… А я не уберегла память покойного мужа. Хотя какая моя в этом вина? Говорят, что пожар начался внезапно. В тот день был сильный ветер, и дом вспыхнул, как спичка. Мне сообщила об этом старая няня. Благодарю Аллаха, что хоть она спаслась.

Я ездила на место пожара. От шикарной усадьбы остались одни обугленные головешки. Земля вокруг выжжена, пострадал даже сад. Теперь мне придется продать участок, но какую сумму за него предложат — вот вопрос. Остается надеяться на случай, ведь сейчас мне необходимы деньги…

Почему все сразу так навалилось? Мои хрупкие плечи больше не выдерживают таких испытаний. Я задаю себе этот вопрос, а сама думаю: «А может, это и к лучшему? Может, это начало новой жизни? Я свободна, молода, полна сил… Что еще надо для начала путешествия…»

Да, я решила отправиться на поиски Кямрана. Правда, необходимо уладить некоторые формальности с продажей земли, и я — вольная птица… Еще два месяца назад отправиться куда-то одной мне не представлялось возможным. Пугали трудности, связанные с дорогой, да и у меня был Недждет. Но мой малыш теперь не со мной. Я не держу обиды на тетушку Бесимэ. Ее можно понять. Неизвестно еще, как бы я поступила на ее месте…

Старая няня целыми днями плакала.

— Феридэ, — говорила она, — я думала, что умру в доме Хайруллах-бея. Куда мне теперь податься?

— Не волнуйтесь. Что-нибудь придумаем, — утешала я няню как могла. — О! У меня идея! Может быть, переедете в Аладжакая. Там сейчас сиротский приют — детей много. Ваша помощь будет не лишней.

Заохав, старушка поинтересовалась:

— А кто там главный?

Я поняла, что няня, которая чувствовала себя в сгоревшей усадьбе хозяйкой, немного боится.

— Не волнуйтесь. Заведующая очень хорошая женщина. Она из простой семьи, любит детей, а вашему приходу только обрадуется.

— Можно мне немного подумать, Феридэ-ханым? Конечно, в Аладжакая поехать хочется, но… А что будет с онбаши?

Мне стало весело. Я не раз слышала, что двое стариков симпатизировали друг другу. Теперь понятно, что удерживало няню долгие годы в Кушадасы!

— Онбаши отправится с вами, если захочет, конечно.

Няня радостно, как девочка, всплеснула сухонькими ручками.

— Тогда я собираю вещи немедленно, — вся засветилась она, но вдруг заскучала. — Какие вещи… Все сгорело…

Я достала деньги из сумочки и протянула старушке несколько бумажек:

— Возьмите и купите себе все необходимое.