— Ты прав. Я не поверю. С одной стороны я понимаю, что ты сказал правду, но с другой… В это трудно поверить.

— Понимаю. Но сейчас я вспомнил ещё кое-что.

— Что именно?

— Поведение Евы изменялось и раньше.

— Когда?

— Помнишь момент, когда ты её спросил про линзы?

Ян помнил ту историю. Тогда их путешествие в «Абсолют» только началось. У Евы были карие зрачки и длинные розовые волосы. Все быстро привыкли к её лаконичной манере речи и к отсутствию внешнего проявления эмоций. Однако через три дня после начала путешествия заплаканная Ева выбежала из ванной в халате, и стала кричать про потерю серёжек.

Удивлённая Огри воскликнула «какие ещё сережки, ты их никогда не носила!», но Ева только громче кричала. В тот момент Ян обратил внимание на то, что зрачки Евы были зелёного цвета. И спросил, не подумав:

— Ева, ты носишь линзы?

— К-к-какие л-линзы? — Сквозь всхлипы спросила девушка, и в тот же миг её лицо окаменело, а через пару секунд она отвернулась, и сказала своим обычным голосом:

— Прошу прощения за своё поведение. В такие дни мне трудно контролировать себя.

В этот момент Адам взглянул на лицо Евы — зрачки девушки были коричневыми.

— Адам, почему ты сейчас вспомнил ту историю?

— Потому что тогда я не понял, почему ты спросил её про линзы. А уточнять не стал, подумав, что это не моё дело.

Ян задумчиво вертел в руках пустой стакан.

— Следовательно, мало того, что мы становимся террористами и детективами, мы ещё и не знаем, кто мы вообще такие… Замечательно.

— Угу. Смотри, я нашел эту карточку внутри ящика стола в этой комнате. Сейчас будем проверять, что это за адрес.

— Поехали.

Адам ввёл адрес папки в строку проводника, и компьютер выдал им таблицу: приходы, расходы… Таблица оказалась весьма интересной. На счёт «Абсолюта» регулярно поступали крупные суммы денег. Всего адресов, с которых приходили деньги в колонку «приход», оказалось восемь. Адам быстро распечатал адреса, и отнёс в «компьютерный отдел» с заданием определить их хозяев. После чего они с Яном заперлись в «офисе» и продолжили разговор.

— Адам, скажи честно, что ты собираешься делать?

— Откуда я знаю? Первым делом необходимо узнать, почему аура Евы отображается то нулем, то единицей, а моя пятёркой. Второе — по необходимости — кому и зачем понадобились наши трупы.

— И как собираешься выяснять?

— Ну, для начала узнаем хозяев этих электронных адресов. Я подозреваю, что «Абсолют» финансировался не правительством.

— Отчего такие подозрения?

— Во-первых, все эти скрытности с исследованиями. Во-вторых, несколько разных счетов, откуда поступали деньги. В-третьих, ты не обратил внимания на то, что тут через чур роскошная для госучреждения обстановка?

— Верно… Ну, пока мы не узнаем хозяев счетов, мы ничего не сможем предпринять.

— Не совсем. Я хочу, чтобы ты кое-что сделал. Возьми со склада детали, попробуй собрать камеру слежения. Ну, вроде тех, что стояли повсюду в институте. Перед тем, как всё завалило, я видел одну при входе сюда.

— Ты хочешь надуть тех, кто, возможно, за нами следит или будет следить?

— Верно мыслишь. Если мы сможем обмануть тех, кто за нами следит, а я почти уверен, что за нами следят, то мы выиграем время, и время неплохое.

— Хорошо. Вот только мои технические познания равны нулю, и ты это знаешь.

— Придумай уж что-нибудь… Ты же понимаешь, что я не могу поручить это кому попало — возникнут вопросы.

— А что, по-твоему, я должен буду отвечать на такие вопросы? Зачем мне может понадобиться камера?

— Ну, ты же личность творческая, вдруг решил снимать наш быт или просто кино?

— Как горный источник точит камни, так твои слова точат мою уверенность… Ладно, соберу я камеру, хотя видит Бог, более идиотской отмазки трудно было представить. Не знаю, как, но соберу. А потом что делать планируешь?

— Поживём — увидим. Ты пока займись камерой, а я буду разбираться с документами, оставшимися в шкафу. Там их ещё целая полка.

— Только не лазай один в ту комнату, что за винтовой лестницей. Вдруг снова вырубишься?

— Откуда ты про неё знаешь?!

— Это мы с Армом тебя принесли. Кстати, тогда я и уверился окончательно, что вы оба многое скрываете. Когда мы нашли тебя в той комнате, у Арма на лице читался неподдельный страх. Обычно такой страх можно прочесть на лице ребёнка, который разбил чашку… Ну, знаешь, эдакое «Узнала мама, или ещё пока нет?»…

— Понятно… Спасибо, Ян. Знаешь, я рад, что смог тебе всё рассказать.

— Не стоит. Наши проблемы не закончились. С каждым нашим шагом появляются всё новые вопросы, но мы пока не нашли ни одного ответа. Я пойду, камера ждёт!

Ян шутливо отсалютовал, и вышел из комнаты. Адам продолжил разбирать документы.

«Исследования вторых типов… Первые типы… Свойства передачи памяти… Эволюция ауры… Киборги… Е441… Стоп! Вот это интересно, кажется, именно такой номер стоял в том файле, где описывались исследования Елены Арм!»