Хмм.

– И когда начинаются пробежки?
– спросил я.

– После фестиваля, - улыбнулась она.

– Сразу после? А если я там что-нибудь съем? Живот ведь заболит, - удивился я. Фестиваль должен же закончиться вечером. А пробежки имелись в виду утренние. Я что-то не так понял?

– Я имела в виду, что на следующий день после фестиваля.

– Так и знал.

Стоп. Разве мы не должны были что-то сделать здесь? И-и, я вовсе не имею в виду всякие пошлости!

– Аа! Надо ведь найти ту краску для Рин, да?
– спохватился я, надеясь, что мои мысли на лице не особо отражались

– О нет! Из головы выскочило!
– лицо Эми приняло ошеломлённое выражение.

Нам удалось раздобыть нужную краску, но по возвращению к фреске выяснилось, что Рин уже куда-то ушла. Ну и ладно. Здесь мы с Эми разошлись, оставляя краску на земле. Рин её найдёт, когда вернётся.

Фестиваль уже завтра. На самом деле, я немного взбудоражен.

Но в то же время эта неделя меня порядком измотала. Так что я недолго почитал и лёг спать.

***

Моё сегодняшнее пробуждение сопровождалось лёгким головокружением. На часах уже был почти полдень.. Сегодня можно было спать допоздна: воскресенье, уроков нету. Хотя это не простое воскресенье, а ещё и день фестиваля. Из окна я видел, как люди в киоске с жареной собой накладывали лапшу страждущим по низкосортной пище.

Я закинул в рот пригоршню утренних лекарств и принялся раздумывать, как же провести день.

На следующей неделе ожидалось несколько экзаменов, но я, в отличие от остальных, не считал их угрозой, потому и не беспокоился. В больнице я занимался вполне достаточно, чтобы успеть всё нагнать, да и преподавании е в "Ямаку" держится на высоком уровне, несмотря на эксцентричность некоторых учителей. За неимением горящих обязательств по учёбе, я мог провести день фестиваля так, как хотел.

Закончив утренние процедуры, я вышел в коридор, намереваясь найти чего-нибудь поесть.

Проходя мимо двери Кэндзи, я вдруг решил поинтересоваться, чем собирается заняться он. Все сегодня чем-то заняты, и мне стало любопытно, есть ли у него какие-либо планы. Хотя, с другой стороны, он вполне мог сделать из комнаты звуконепроницаемое убежище. Или нечто вроде крепости с табличкой "Женщинам не входить". И слово "Женщинам", наверное, перечёркнуто, а над ним накарябано: "Никому". Постучав в дверь, на которой, к счастью, никакой таблички не было я снова услышал щелканье, по меньшей мере, десятка замков. Дверь со скрипом открылась.

– Кто там?
– сонно поинтересовался Кэндзи, распахивая дверь. О, оказывается, не один я спал в этот час.

– "Кто там?" надо спрашивать перед тем, как открываешь дверь, - нравоучительно заметил я.

– А, это ты. Блин, ещё же рано, - зевнул сосед, так и поздоровавшись со мной

– На самом деле, не так уж и рано, - решил я не обращать внимания на его манеры, точнее - на отсутствие таковых.

– В чём дело, чувак?

– Ни в чём, просто хотел спросить, чем будешь сегодня заниматься. Половина школы уже собралась снаружи.

– Где - "снаружи"? Почему?
– казалось, что от этого известия сосед резко пришёл в себя.

– Что?
– опешил я.

– Что - "что"? Сегодня особый день? Почему они там? И кто это - "они"? Я их слышу. Шумят... только не говори, что... Началось вторжение?
– Он вдруг принял встревоженный вид.
– Какой сегодня день, чувак?

– Да, наверное, ты не видишь деревянные киоски на улице и то, как люди продают еду...
– язвительно начал я и осёкся. А ведь действительно, мог и не видеть. Блин, постоянно забываю, насколько у него плохое зрение. Как про слепоту Лилли.

– О чём ты, чёрт возьми? Я держу занавески задёрнутыми, чтобы помешать снайперам, - воскликнул Кэндзи.

О, ну, это уже точно паранойя.

– О-ох, да фестиваль сегодня! Тебе ведь о нём известно?

– Твою мать, что, уже сегодня?
– подпрыгнул на месте Сэто.
– Ах, чёрт. Во-от чёрт... Чёрт бы их побрал. Не могу поверить, что я забыл, я ведь ещё не закончил свою крепость! Это плохо. Сегодня будет ужасный день... Хорошо, что ты меня предупредил, чувак. Паршивый будет день.

– Почему?
– искренне удивился я. Никаких предпосылок для подобного заявления я не видел.

– О-о, чувак, они же будут повсюду. Люди. За окном. Общаться!
– Кэндзи нервно потёр виски. Ему как будто стало плохо.
– Будет шумно как в аду. Чёрт, а я собирался сегодня выйти, теперь всё пропало. Всё пропало. Это кошмар. Отстой. Лажа! Блин, действительно, лажа. Я теперь не могу никуда пойти. Некуда бежать.

Кэндзи, похоже, нервничал. Можно сказать, капитально съезжал с катушек. Я начал подумывать о том, что неплохо было бы сбегать за фельдшером. Останавливали меня две вещи - страх от того, что сосед пристанет ещё к кому-нибудь со своим бредом и осознание того, что попытку скоростного передвижения от Судзуки-сана я не скрою, а с того станется запереть меня в медпункте на весь день. Может быть, даже вместе с Кэндзи.