– О, ты помнишь, как мы засыпали? Я силюсь вспомнить, но, увы, не могу. Последнее, что помню, это как пришёл уже накачанный в бар, и там пил за стойкой вискарь. Я, извини, и тебя не помню. Стесняюсь спросить, как тебя зовут?

– Ну, ты даёшь! – возмутилась девушка и прикрыла обнажённое тело простынёй. – А вчера казался лишь слегка выпившим. Я София, можно Соня. Мы познакомились в баре. Ты рассказал, что уволился с работы. А меня бросил парень очередной. Не бросил, а сказал: «Давай останемся друзьями». Меня эта фраза уже бесит. В последнее время мне все её говорят. И теперь я одинаково реагирую на неё.

– В этом нет ничего плохого, я думаю, – Карлос разглядывает девушку. Конечно, он ничего из того, что она говорит, не помнит. Но она это говорит очень естественно и так непринуждённо, что он готов ей верить. – Но что за фигня? Почему мы склеились? Слушай, у меня жутко болит голова, и я хочу в туалет, так что пошли. Отлепиться пока невозможно, позже решим, что будем с этим делать.

София подвигается на его сторону кровати. Карлос бросает взгляд на её округлую грудь и стройное тело, и отмечает её движения. Она начинает ему нравиться, но сейчас его мучают головная боль и тошнота, прежде всего, необходимо избавиться от них. Девушка легко встаёт с кровати, Карлос за ней, и так, вместе, они идут в туалет.

– Придётся тебе поприсутствовать здесь. Хорошо, что я пока что какать не хочу, – улыбаясь одной стороной рта, говорит Карлос.

– И тебе придётся быть рядом со мной. Это обоюдное наказание, – смеётся Соня, и ее смех заметно снимает напряжённость и взаимное недоверие.

– А за что, интересно? Хотя, есть за что. Я уже столько накосячил в своей жизни, – испытывая большое облегчение, Карлос вздохнул.

Карлосу не до смеха. Хотя это – его привычка быть всегда недовольным. Сделав все дела, они кое-как чистят зубы и умываются. Ещё невольно пытаясь совершить самостоятельные движения и постоянно натыкаясь на сопротивление склеенных частей тела, испытывая боль, Карлос и София идут обратно в комнату. Здесь царит беспорядок. Карлос только сейчас замечает это, виновато смотрит на реакцию девушки и пытается оправдаться.

– У меня такой бардак! Жилище холостяка. Но я иногда убираю.

– Видимо, все мужчины такие. Да и мне тоже редко приходится уборкой заниматься. Я не очень-то люблю кристальную чистоту. Вижу, что пыль собралась, какое-то время живу с ней, а потом вытираю.

Соня улыбается поддерживающе. Молодой человек ей нравится. Он кажется ей простым, естественным, привлекательным и одиноким, замкнутым в своём мире. Он такой же, как она. Парень, с которым она встречалась до этого, оказался психом. Вечно хотел покончить жизнь самоубийством, всё плакал и жаловался. Обычно она всегда расставалась с парнями через год. И это уже начало её тревожить. Вдруг так всю жизнь придётся, думает она. Не хочется, конечно же. Ей сейчас 25 лет. Карлосу, на её взгляд, тоже примерно столько же. Да, он ей, однозначно, нравится. Но насколько ему нравится она, не понимает. Соня чувствует себя очень неуверенно. Недавно она выкрасила волосы в яркокрасный цвет, воспользовавшись шапочкой-краской. Очень удобная штука. Выбираешь шапочку-краску по цвету, надеваешь её так, чтобы все волосы были спрятаны в шапочке, и через 5 минут, вуаля – цвет волос, такой, какой хотел.

Она была среднего телосложения и роста, небольшая грудь, красивые ноги. Лицо привлекательное, голубые глаза, маленький носик, средние губы, не пухлые и не тонкие. Всё так средне: ничего ужасного и ничего выдающегося. Короткая стрижка придает ей юный вид, хотя София уже давно совершеннолетняя. В глазах её читается желание помогать и сострадать. Она кажется очень доброй девушкой и очень милой. И можно было бы сказать, что она красивая, но так как сама Соня не воспринимает себя таковой, этого не чувствуют и другие люди. Внешне – да, всё прекрасно, но внутри она зажата, неуверенна, закомплексована. И в этом они очень похожи с Карлосом. Хотя для Софии он кажется очень уверенным, смелым, красивым. И для Карлоса девушка кажется уверенной в себе и довольно симпатичной. Такие они внешне. Это их маски, предъявляемые окружающему миру, чтобы скрыть неуверенную, пугливую, внутреннюю сущность. И они сжились, практически срослись со своими ролями. Может быть, иногда и только наедине с собой они и сбрасывали маску уверенности. Хотя Карлос не любил такие моменты и заливал виски. А Соня, спасаясь от одиночества, вступала в отношения. Лишь бы кто-то был рядом, чтобы не чувствовать себя ущербной и не осознавать свою сущность. Каждый из них прятался от правды, как мог.

– Выпить хочешь? – предложил Карлос.

– С утра? Я не пью с утра, – помотала головой Соня.

– Как хочешь, – пожал плечами Карлос, уже наливая себе виски. Он взболтнул жидкость в бутылке, рассматривая ее на свет и оценивая, сколько осталось. – Днём закажу ещё. Я намереваюсь сегодня пить весь день.

– Нет, нет, нет! – возмутилась София. – Я ж собиралась сегодня сходить к родителям! Мы сейчас склеены, и мне кажется, что теперь нам надо советоваться о планах друг друга. А если ты напьёшься, мы не сможем никуда пойти.

– Во-первых, я не хочу идти с тобой, и не пойду к твоим родителям. А во-вторых, ты что думаешь, мы так и будем склеены? Сейчас меня вставит вискарь, и я разберусь с этой ерундой. На больную голову, что можно решить? – и он наливает себе ещё стопку. – Точно, не хочешь?

София смотрит на Карлоса, у неё внутренняя борьба мыслей и чувств. С одной стороны её мучает чувство беспокойства и непонятной тревоги, и очень хочется избавиться от этого, а алкоголь как раз даёт расслабляющий эффект. С другой стороны, есть не только сомнение, что это поможет, но уже знание, что алкоголь лишь на время отвлечёт от мыслей и чувств, а потом всё вернёт обратно, и даже может стать ещё хуже. И потом, обещала родителям прийти, и этого парня она мало знает, и это непонятное склеивание… Мысли проносятся, мельтешат, сменяя друг друга, и этот мысленный хаос изрядно напрягает.

– Ладно, давай, наливай, – София понимает безнадёжность своего сопротивления и решает уступить Карлосу, боясь, что она разонравится ему, и отношения закончатся, не успев начаться.

Карлос наливает виски Соне и смотрит на неё. «Симпатичная девушка, и что она делает со мной рядом?» Он так же боится сказать лишнее и вспугнуть её. София берёт рюмку в одну руку, в другую засохший кусочек сыра. Понюхав его, потом виски, передёргивается.

– Фу, гадость. Первая рюмка всегда мерзко заходит. А потом нормально, – заметив взгляд Карлоса и оправдываясь, смущённо говорит София.