Кат нахмурил лоб. Черный гнев накрыл его лицо.

— Что? Что такого важного случилось, что ты перебиваешь меня на полуслове?

Фасет неловко переступил с ноги на ногу.

— Извините, сэр. Больше не повторится. Но... у нас компания. — Его взгляд облетел по залу, в поисках кого-нибудь, кто бы помог нести гнев от их лидера.

Никто не шевелился.

Парень задержал дыхание, неохотно донося свои новости.

— Я пытался остановить их у входа на территорию. Мы сделали то, что вы сказали. Но они проигнорировали нас. — Пот поблескивал на его верхней губе. — Даже привратник у ворот не смог остановить их.

— О чем, мать твою, ты толкуешь, мальчик? — взорвался Кат.

Фасет подскочил.

— У них есть ордер, сэр. Они... они прорвались, независимо от наших предупреждений. Мы напомнили им, что их отделение в наших руках, что наше братство находится за пределами их досягаемости. — Он опустил голову. — Но от этого никакого прока.

Все за столом задержали дыхание.

Ордер?

Могло ли это быть?

Джетро намертво замер около меня. Каждая связующая нить, которую мы разделяли, превратилась в лед, больше не было двухсторонней улицы близости и привязанности. Дорожный блок рухнул на эту улицу, скрывая от меня каждую его мысль.

Я поглядывала на него краем глаза. Мое сердце сжалось, когда он яростно смотрел на противоположную стену, отказываясь смотреть на меня.

— Джетро, — выдохнула я.

Он стиснул челюсти, снежинки кружились вокруг него, когда он забирал все больше и больше от меня. Мурашки покрыли мою плоть.

Кат заревел:

— Скажи этим гребаным свиньям убираться с моей земли. Они могут подтереться своим ордером.

— Сэр, я сказал им, но они не слушают. Они сказали... они сказали, что здесь ради...

Джетро рассмеялся холодным, циничным смехом.

— Этот кусок дерьма. Он сделал это. Они здесь за ней. — Он посмотрел в потолок, его лицо исказилось. — Конечно, бл*дь, это так.

Ордер мог значить многое. Это могло быть никак не связано со мной. Тем не менее, визг эхом разрывался в моих ушах. Это моя душа. Ужасный разрывающий звук того, как моя душа раскалывалась пополам. Если они пришли за мной... это означало...

«Я спасена».

Я желала, чтобы это произошло.

Я молилась за это. Умоляла об этом.

«Освобождение».

Так почему — если это правда, я хотела убежать в свои покои и спрятаться?

«Я не хочу покидать его.

Я не могу покинуть его».

Не после прошлой ночи.

Джетро стиснул руки в кулаки, его взгляд был пронзительным и смертоносным. Он зарычал на Фасета:

— Скажи им, что они не могут ее забрать.

Мое сердце сжалось. Боль прошла сквозь меня с большей агонией, чем я вообще думала возможно. Он не отказывался от меня.

Сейчас мы одно целое. Это было предначертано судьбой и написано на нашей коже.

Побег.

Мысль скользнула в мою голову, принося мысли о доме и Лондоне. Я покачала головой, пытаясь избавиться от неуклонно нарастающего очарования.

«Ты можешь поехать домой».

«Нет, мой дом сейчас здесь».

«Но ты снова будешь в безопасности...»

Мои стойкие обещания остаться и украсть Джетро от его наследия стихали... я была в замешательстве...

Я сглотнула, смочив горло.

— Джетро, пожалуйста...

Мне было нужно, чтобы он боролся за меня. Чтобы доказал, что это мое место, моя судьба.

Джетро стиснул челюсти, толкнув свое кресло, он встал.

— Тихо! — Указывая пальцем на Фасета он прорычал: — У них есть или нет гребаный ордер на то, что является моим?

Фасет сглотнул.

— Есть.

— Откуда? — выпалила я, в результате чего все посмотрели в мою строну. — Как они получили ордер?

Фасет открыл рот, взглянув на Ката, чтобы увидеть, мог ли он говорить.

Кат зарычал на меня, как будто это я вызвала апокалипсис в его доме.

Никто не говорил.

«Что сделал мой отец?

Как Ви нашел способ меня освободить?»

Мое сердце парило, думая о моем близнеце. Он обещал, что никогда не сдастся. Я должна была доверять ему.

Я должна быть более благодарна.

Я хотела убить его.

Он разрушил все. Он забрал все, над чем я упорно работала, и оторвал от меня.

«Я жива и направляюсь домой.

Я жива и направляюсь домой».

Слова повторялись в моей голове.

«Я бы не выжила, если бы не Джетро.

Я люблю его».