– Лучше сам скажи, и честно, иначе мы всё равно узнаем это рано или поздно! Но тогда вам же будет хуже!
– не унимался военный, наседая на схваченных в космосе.

– Вольдемар Юрьевич Панарин, - наконец отреагировал Гагарин на него.
– Охранник 3-го класса из экипажа колонистов Марса. А моя подопечная...

– Ответит сама, впрочем, и ты ответишь мне за всё. Особенно за нападение на аса МКП, - пригрозил военный скорой расправой.

На что они были быстры и неумолимы.

– Нира Лунатова, санмединструктор 1-го класса из экипажа колонизаторов Марса, - проговорила Нора, и вдруг почувствовала: у неё отсутствует полумаска на лице. Иначе бы не дёрнулась, стремясь инстинктивно прикрыть открытые глаза - точнее то, что осталось от них - руками. Но они оказались стянуты жгутами.

– Неужели калек берут в колонисты, - ухмыльнулся военный.
– Вот это новость.

– Я убью тебя, гад...
– не сдержалась Нора.
– Сразу, как получу свободу действий! Так и знай!

– Ну вот, - порадовался военный.
– А то колонисты... Пираты вы, причём оба!

И уже обратившись к медику, заявил:

– Вводи их в анабиоз. В «Берлоге» разберутся: кто они, и чего достойны.

– Стойте! Вы не имеете права!
– спохватился Юрий.

– Неужели?
– подивился военный.
– Мне зачитать тебе твои права, пират?

– Он прав, любимый, - намекнула Нора землянину на то, что за время его отсутствия в реальности мир разительно переменился. Это касалось буквально всего - общества в том числе, а не только новейших технологий.

– Хорошо, дорогая. Как скажешь. В «Берлогу», так в «Берлогу». Вот генерал удивится, когда узнает: я недолго пробыл вне стен его закрытого учреждения. А уж советник президента - подавно.

– Издеваетесь, разбойники?!
– и не думал смущаться военный.

– Позови старшего, а лучше...

– Сразу адмирала флота Содружества, - усмехнулся лейтенант 2-го ранга.
– Вводи их в анабиоз, мед! Не тяни! У нас с тобой ещё работы - полный санблок.

Юрий почувствовал укол в шею, и его тело парализовало, но не разум, иначе бы он не сопротивлялся точно так же, как спутница. Ей и помог ослабить хватку стягивающих пут. Так что дальше уже всё было делом техники.

Вот и рука военного с автоматическим парализатором дрогнула, не говоря уже про медика с его медпистолетом.

– Сейчас я освобожу тебя, - что-то ввела ему собственноручно Нора, и с Юрия спало оцепенение.
– Ты как?

– Ничего так, могло быть и хуже, - покачнулся он, вставая резко.

– Не торопись, любимый, - поддержала его напарница.

– Ты издеваешься, дорогая? У нас каждая секунда на вес лунита, а ты - не торопись, - больше не вело Юрия в сторону на новом шаге.

Его организм адаптировался довольно быстро и сносно в считанные мгновения к внешним и внутренним факторам воздействия. Ну, на то и псион. Нора в меньшей степени, хотя... помогла ему без полумаски.

О ней он и напомнил ей.

Та повела себя как девица.

– Отвернись! Не смотри!

– Погоди, сейчас я найду твои сенсоры, дорогая.

Искать долго не пришлось. Едва Юрий подумал об искомом предмете, тут же обнаружил его, заставив попасться на глаза.

– Держи, - перекочевала полумаска к Норе.

Приладив её на лице, она возмущённа заметила.

– Они повредили её.

– Насколько критично?
– уточнил Юрий.

– Некритично, но на правый глаз вижу плохо, а левый и вовсе покрыт сеткой трещин.

– После заменим. Сейчас давай за мной, - указал он ей на подопечных.
– Твой медик, мой - вояка.

Сняв с них знаки отличия, они нацепили их на себя, а своих надзирателей уложили на те самые два прокрустовых ложа, где только что пребывали сами.

– Теперь не пошевелятся довольно долго, - разобралась Нора с ними при помощи парализатора.

– Надеюсь, ты никого из них не убила, дорогая?
– взглянул в лицо девицы Гагарин.