Прошлой ночью что-то подошло прямо ко мне, хрустнув углом плетенки. Ужас просто. Я сжалась и попыталась не дышать, чтобы не превратиться в большой съедобный сэндвич с Касс посерединке. Наверное, это была корова, больше заинтересовавшаяся ковриками, чем мной. Крупная, тяжелая. Я могла слышать ее дыхание и тихий звук, когда она повернула голову прямо над моей.

А потом ушла.

Большую часть дня я провела на камне посреди реки, в тепле и безопасности, поглощая воду литрами. После вчерашнего эксперимента с едой следовало прийти в себя, но это не ядовитый плод заставил меня сжиматься в ужасе от того, чего я даже не видела.

Сегодня сплю здесь. Мне это необходимо. Но я знаю, что выбора нет, и надо идти вперед.

Коврики

Вожусь с ковриками, заново стягивая и гадая, как бы сделать нитку и иголку, чтобы подшить края. Наверное, можно просто загнуть и оплести в шахматном порядке, что их укрепит. Забота о ковриках

занимает большую часть дня.

Ножницы для бумаги, вкладываемые в пенал, даже в пенал с картинкой из «Doom», недостаточно велики и крепки, чтобы изображать нож или половину других инструментов, в качестве которых я пытаюсь их использовать. Они уже на последнем издыхании. В точилке для карандашей тоже есть крошечное лезвие, но пока я его не трогаю, да и ножницы теперь берегу на крайний случай. Возможно, еще раз попробую отбить каменный нож.

Среда, 28 ноября

Большая вода

Впереди точно океан или озеро. Я все время вижу отражающийся от воды свет, хотя он по-прежнему слишком далеко, чтобы понять больше. Надо сегодня как следует поднапрячься и посмотреть, как далеко продвинусь

.

Природа ненавидит квадраты

По крайней мере, я не могу припомнить естественно сформировавшихся квадратов, не считая отдельных скал странной формы.

Впереди большой водоем. Пока непонятно, озеро или океан. Река остается пресной, без малейших следов соли. А вдалеке у правого берега стоят белые квадратные штуки.

Здания.

Не видно ни дыма, ни проводов, ни дорог, только несколько белых коробок посреди зелени. Но это столь многое меняет. Кто-то их создал, и даже если это не особо дружелюбные люди-ящерицы или типа того – плевать. Я не единственное разумное существо на планете!

Я едва сижу на месте, дописывая эти слова. Хочется бежать туда со всех ног, звать на помощь, увидеть летящий самолет, и все это сразу.

Думаю, получится добраться туда к завтрашнему вечеру. И я определенно приложу для этого все силы.

Четверг, 29 ноября

Пешком вдоль воды

Я уже недалеко от зданий и доберусь до них задолго до заката, только надо еще решить, хорошая ли это мысль.

Озеро просто огромно. Похоже, я сейчас у некоего залива, но вижу, что там, за холмами, вода разливается невероятно широко и далеко – краев не различить. Она очень холодная и спокойная, ясная, как зеленый чай; берег галечный. Над озером парами летают птицы, издавая поразительный тягучий плач. Я рада, что впервые услышала его не посреди ночи.

Здесь дюжины зданий. Древних и явно пустых, заросших зеленью даже изнутри. Иду вдоль берега по аккуратной дороге из белых камней – местами разломанных прорвавшимися на поверхность корнями деревьев, но в целом все неплохо

сохранилось. Здесь еще и что-то вроде верстовых столбов есть, хотя надписи на них такие старые и стертые, что трудно понять, знакомы ли мне подобные символы.

Здания белые, блочные, с арочными дверными проемами. Большинство одно- или двухэтажные, с плоскими крышами. Прямо приморский греческий городок с картины маслом. Они тянутся через весь холм и, думаю, должны стоять и вдоль «основного» берега озера.

Ноги совсем не в восторге от столь напряженной дневной прогулки, но я выжму из них все, пока еще светло. Надо обыскать здания и узнать, есть ли другие дома за холмом. Вдруг там люди. Вдруг там другое… жилое поселение.

Никаких дружелюбных аборигенов

Здесь давно никого нет. Правда животных хватает. Десять тысяч птиц, и вечером все поют. Маленькие свинки, которые выскакивают из кустов и мчатся прочь с таким визгом, словно я их ударила. По стенам прыгает нечто вроде белок. Я даже видела крадущуюся

серую кошку, неотличимую от земной домашней. И вся эта жизнь кипит в пустом заросшем городе.

Хотя даже во времена людей современностью тут не пахло. Нет ни остатков машин, ни проводов, ни чего-то подобного. Но нет и примитивных пещерных жилищ. Не понимаю, как построили эти здания: стены и крыши кажутся единым куском белого камня. Будто кто-то взял большой блок алебастра и вырезал ненужные части, создав комнаты с дверными и оконными проемами, а затем симпатично украсил по краю. Дома действительно хорошо сохранились: потертые, но крепкие.