Шлепки приблизились, он уловил слабое дыхание у своего лица. Потом невесомая рука опустилась ему на спутанные влажные волосы, и Кротов услышал Митяев голос и задохнулся от пронзительного незаслуженного счастья. Сын Митя гладил спящего отца по голове и шептал, что именно он, этот старый несуразный Кротов, и есть его радость, есть его солнышко...