– Нет. Я человек, просто человек. Мне достаточно просто любви. Она ведь тоже слепа и доверчива.

Я вышел.

Воздух пах как-то странно. Неожиданно. Я никогда не чувствовал подобного запаха. Пронзительная, обострённая свежесть с лёгким оттенком гари. Смесь несовместимого. Было пасмурно или просто солнце садилось, я не чувствовал времени. День сейчас или вечер? Вряд ли вечер. Отошёл на несколько шагов от крыльца, достал телефон и непослушным пальцем коснулся экрана. Найти сеть. Я почти всегда в командировке держал телефон отключённым. Не то чтобы это было необходимо для безопасности. Просто не хотелось никаких контактов с нормальным миром, пока я занят работой. Это слишком расслабляло, заставляло думать всякие отвлекающие мысли. Работа отдельно, жизнь отдельно. Иногда я включал телефон, чтобы позвонить жене или проверить нет ли сообщений от коллег. Об этой моей привычке выпадать из эфира знали мои родственники, и не беспокоились. В этот раз я слишком долго не был на связи. Из-за Имы.

Телефон поймал сеть. Какая-то часть меня, поверившая в этот рассказанный Имой конец света, сомневалась, что в этом мире ещё осталась мобильная связь. Я вздохнул с облегчением. Будто работа мобильного полностью отрицала бредовый ее рассказ.

Двадцать два неотвеченных звонка... я открыл список. Жена, Власевич, пара друзей, мать. Но в основном жена жена жена. Я попробовал набрать ей. Странно, она никогда та настойчиво не звонила... что-то случилось? Мне опять стало тревожно. Чувство вины. Скорее узнать, что все в порядке. Но в трубке "абонент вне зоны действия сети". Черт... ещё смски. Я открываю. И в глазах все расплывается, когда дохожу до последней от жены:

"Значит ты исчез как она. Молюсь чтобы вы были вместе..."

Пытаюсь снова звонить. Но все так же. Звоню по всем телефонам подряд - Власевичу, матери, друзьям. Набираю телефон своего начальника, который не храню в телефонной книжке. Нет связи, ни с кем...

Вдали что-то бухает. Тот самый, знакомый уже звук. Мне кажется, что перед домом появились новые сосны. Или я просто не замечал их раньше. Огромные, какие-то мрачные. Нет, их точно не было.

Опускаюсь на землю и долго сижу, уткнувшись взглядом в телефон. Смотрю на него, даже когда экран давно погас. Меня душит чувство вины. Будто я виноват в том, что у меня не стало ребёнка. Я ищу причину, что я сделал не так. Но ведь причина не во мне. Има. С неё все началось. Почему же я чувствую себя таким виноватым? Потому что все хотел оставить ради неё? И вот - оставил... Потому что любил ту, из-за которой моего ребёнка больше нет?

Рождённая не в любви. Какая разница. Это не важно! Из-за этого нельзя отбирать у меня дочь! Ее-то я любил!

И тут же предательский шепоток: "Ты же бросил свою дочь ради случайно встреченной девки..."

Я не бросал, я...

Нужно найти виноватого, снять это с себя, иначе можно сойти с ума. Има виновата. Она.

Я решительно поднялся и пошёл в дом.

Нашёл Иму в комнате. Лежала на кровати, сложив руки на животе и смотрела в пустоту. Как в гробу.

– Позвонил? Теперь ты веришь мне?
– Ровным голосом спросила она.

– Где все эти люди? Которые исчезли?
– Даже не стараясь сдержать дрожь в голосе, спросил я. Я ненавидел ее сейчас, но понимал, что в ней ключ.

– Их нет. Они не рождены.

– Моя дочь была рождена. Я держал ее на руках. Она была!

– Больше нет. Может и нас не будет.
– Равнодушно отозвалась она. Мне хотелось кинуться к ней и схватить за шею. Но я поклялся себе быть самым спокойным человеком на свете, пока не получу ответы. И было что-то ещё... стыдно и больно признаться в этом чувстве, и, наверное, я старался от него отмахнуться, но оно было - какое-то странное чувство облегчения. Теперь у меня нет обязательств перед моей прежней жизнью. И не моя в том вина, так вышло. Теперь... есть только Има и я. Но вопреки этому чувству, я упрямо повторил:

– Моя дочь была! И должна быть!

– Я скажу сейчас тебе очень неприятную вещь. Но постарайся принять ее. Если ты сможешь это сделать, ты больше не будешь беспомощной щепкой в ручье.
– Она повернула голову и посмотрела мне прямо в глаза. Изо всех сил я старался не отвести взгляд. Спрятать свой страх. Ужас перед тем, что она скажет мне. Потому что, наверное, я знал...

– Твоей дочери нет, потому что ты не умеешь любить. Ты не любил свою жену и родил ребёнка, которого не должно было быть. И ты не полюбил меня, поэтому не смог вернуть этого ребёнка. Быть может и ребёнка своего ты не очень-то любил. В этом нет твоей вины, это просто надо признать как данность.

– Это не так!

– Это так. Я случайно разрушила наш мир. А ты мог бы его спасти. Да, он следствие всех этих ошибок, и всей этой нелюбви. Но он наш. И если мы сами - ошибки, то другого у нас скорее всего и нет.

– Как бы я мог его спасти?! А если я люблю тебя?..

Она снова стала смотреть в потолок.

– Я ничего не чувствую.
– Пробормотала она.
– Это должно быть взаимно, ведь калибровка... встречи перестали быть случайными. Я ничего к тебе не чувствую. Пыталась, но нет.

Ее слова кольнули меня. Я хотел злиться на неё, считать врагом и думать о дочери, но ее слова причинили мне боль.

– Может быть достаточно было бы твоей любви. Но ее наверное нет, ведь ты не веришь моим словам, ничего не получается. Понимаешь, нужна вера. Вера! В тебе ее нет. Нужно что-то слепое... чтобы мои слова стали твоими глазами. У нас не выходит это. Мы друг другу случайные, Артём...

Я ничего не ответил. Пытался понять ее слова, но мне не удавалось. Через какое-то время она снова заговорила: