Шрифт:
"Вот ведь!… О!"
В створе улицы возник черный Пежо. Вообще-то, до машины было еще далеко, и определить, тот ли это Пежо, что ждет Федорчук, или другой, — невозможно. Но, тем не менее, Виктор сразу же — едва взгляд наткнулся на знакомый абрис радиатора — выкинул окурок в открытую форточку. Плавным движением он потянул из-под своего сидения завернутый в тряпку "шмайсер", из-под соседнего — достал громоздкую "улитку" магазина, воткнул ее в приёмную горловину с правой стороны, и отвёл рукоять затвора в крайнее заднее положение, поставив её на стопор — на все про все ушло не более пяти секунд.
13.02.36 г. 11 ч. 54 мин.
Удивительно, как он — на таких-то нервах — не заплутал и не наделал глупостей. Было бы обидно провалить первое, по-настоящему серьезное, дело! Но бог спас, непоправимого не случилось. Даже из графика не выпал.
Питер посмотрел на часы.
"Без пяти двенадцать. Вполне…" — и тут он увидел, что у дома номер 23 стоят в ряд длинные черные автомобили.
"Черт!" — Кольб разом вспотел и начал притормаживать, не зная, что ему теперь делать…
13.02.36 г. 11 ч. 55 мин.
"Ну и что ты там канителишься? Рожай уже!" — разозлился Олег, видя, как притормаживает Кольб, и, прибавив газ, начал сближаться с черным пикапом, уже почти "топтавшимся на месте", привлекая к себе излишнее внимание редких автомобилистов и нередких прохожих, а также наверняка уже занявших позиции там — у кафе — чекистов и французских контрразведчиков.
"Твою мать!"
В этот момент ему даже в голову не пришло задаться простым, как хлеб и вода вопросом, что случится — вообще, и с ним в частности — если "ванна Федорчука" вдруг возьмет и рванет раньше времени. Не до того было. Просто не до того.
13.02.36 г. 11 ч. 55 мин.
"Он? Или…" — Виктор тихонечко тронул с места, медленно — как в дурном сне — накатывая на воображаемую линию "товсь", что сам себе и наметил метрах в восьмидесяти-ста от входа в кафе. Примерно там же, справа за деревьями должно было находиться и какое-то заведение, — кафе, пивная, или еще что — куда проследовал Степан. И, в смежном зеленоватого цвета доме, Ольга, которая — будем надеяться — "высоко сидит, далеко глядит…"
13.02.36 г. 11 ч. 55 мин.
Черный пикап — вот, что увидел Вул. Его наметанный на такие вещи глаз сразу же вычленил в ситуации главное. Осознание же, понимание того, что здесь не так и почему, пришло несколько позже.
Итак, он "увидел", напрягся и начал вставать из-за стола даже раньше, чем что-нибудь понял. Потом — Вул был уже на ногах — пошли подробности. Пежо… пикап… за рулем молодой мужчина, рядом с ним кто-то еще… Неважно! Пежо притормаживает, теряя скорость, очень медленно приближается к машинам кортежа, поставленным вдоль тротуара и составляющим вкупе со своими водителями "главную линию обороны".
"Что он?.." — но додумывать эту мысль уже не оставалось времени. Откуда-то справа в сузившееся поле зрения Бориса Сауловича ворвалось еще одно авто, и все понеслось вскачь.
13.02.36 г. 11 ч. 56 мин.
Черт! Как же он перепугался! Чуть не налил в штаны от страха, но партайгеноссе Шульце оказался настоящим человеком — не оставил в беде, придя на помощь в самый критический момент. Он догнал Питера на своем авто, поравнялся, выехав на встречную полосу, и одним решительным взмахом руки указал Кольбу место, моментально разрешив все недоразумения, недоумения и имеющие быть вопросы.
Питер "встряхнулся", проехал еще немного, чтобы встать вровень с Паккардом, прикрывавшим широкое окно кафе "Веплер". В большом черном авто тут же шевельнулся, оборачиваясь в сторону Кольба, шофер, но Питер уже заглушил двигатель, достал из кармана кусок ваты и раздавил над ним ампулу с нашатырным спиртом. Вонь, ворвавшаяся в ноздри, чуть не взорвала ему мозг, но медлить было нельзя, и он обернулся к пассажиру. Мужчина, которого навязал ему в попутчики Шульце, уже почти очнулся. Сидел рядом, лупал глазами, но все еще, по-видимому, не понимал, где он, и что с ним происходит.
— На вот, понюхай! — Кольб с силой прижал ком ваты к носу мужчины, тот инстинктивно отшатнулся и попытался освободить голову — впрочем, вяло пока, недостаточно энергично, а значит и безрезультатно. — Дыши! — проревел Питер, с силой вдавливая вату в лицо пассажира, в его нос и рот. — Дыши!
А сквозь стекла автомобильных окон на него смотрел шофер американской машины, и другие люди, оказавшиеся свидетелями происходящего на улице, — поворачивали к ним головы, но всё, в общем-то было уже сделано. Питер отпустил вату, вытащил из кармана пальто револьвер — кажется, Шульце сказал, что он называется "Наган" — сунул оружие рукояткой вперед в безвольную, но сразу же напрягшуюся ладонь мужчины, и, распахнув дверь, выскочил из машины.