Начстражи имперской гвардии Магинарий Имерий, ходил вместе с преданными ему офицерами и нервно смеялся каждый раз, при прослушивании очередных нелепых рассказов о толпах убийц и тому подобном, что неожиданно прорвались в ранее столь охраняемую резиденцию покойного правителя империи.

Он никак не мог понять: отчего арбалетчики, из внешней стражи охраны дворца, внезапно стали столь опасны и главное, как на защищённую территорию, без специального пропуска, проник убийца — переодетый, мягко говоря, нелепо: в балаганного сторонника друидов из представления на площадях столицы. Куда делся свидетель, что по словам застреливших стрелков на каменной арке, арбалетчиков имперской гвардии и кричал им об опасности от данной пары и том, что эти люди заговорщики и соучастники «кинжальщика» внизу.

Ведь он должен был проявить себя после пресечения убийства или чего там случилось, однако же… Его нигде не смогли найти, и главное — сами гвардейские стражники утверждали что не знают как он выглядел, так как человек кричал из за густых зарослей кустов полузаброшенного парка, при дворцовых территориях и они его совершенно не видели, ни как он был одет, ни какое у него было лицо…

В императорский дворец наконец прибыли доверенные люди из обслуги Дезидерия и попросив уйти всех лишних, в том числе и охранявшим министра стражников, которые вначале отказывались так поступить — начали осторожно снимать окровавленные почерневшие одеяния главного имперского министра, что пропитались кровью так, что их можно было выжимать.

Хотя с тем как часть одежд «подсохла» — теперь все сиреневые накидки Дезидерия скорее напоминали уродливые бесформенные чёрные латы некоего рыцаря Тьмы, из многими любимых рыцарских романов.

Потом и лекарь Дезидерия, и жрецы в кабинетах расхохотались, вместе с самим пострадавшим «престолодержателем» и его личными секретарями — и веё дружно стали громко шушкаться, похлопывая друг друга по плечам и спинам, и шёпотом позравлять что всё удалось как планировали.

На министре была всего пара небольших царапин — не более того, и его личный лекарь предложил сделать три коротких медицинских надреза, что смогут сойти, при осмотре посторонними, за ранения от «кинжальщика».

С разрешения, охающего как девушка, Дезидерия — его немного осторожно «надрезали» и теперь, когда министр переодевался в чистую новую одежду, секретарь министра с удовольствием раскладывал на столе заляпанные и застывшие комьями старые одеяния своего хозяина, и жёг в камине толстую бычью кишку, с набранной в неё ранее свежей свинной кровью, которая была спрятана в кармане накидки министра и так удачно и обильно позволила пролить на свои одежды чужую кровь, самому министру, пока суетившиеся стражники и все зеваки были отвлечены криком его секретаря: вначале на бегущего прочь «кинжальщика», а потом — на пару арбалетчиков из внешней стражи, на каменной арке.

Причины подобного представления и немалых рисков с ним связанных, были весьма существенны: Дезидерий начал сильно опасаться за свою жизнь, в связи с постоянными угрозами от прибывших наследников и решил всё же как можно скорее обзавестись отрядом личных телохранителей, но не маленьким, человек в двадцать, который ему мог выделить начальник имперской гвардейской стражи Магинарий Имерий, а вполне сопоставимым с теми дружинами боевиков, что привели в столицу деда, покойного императора, его внуки и наследники.

Просить у Магинария Имерия гвардейцев стражников Дезидерий не желал — прекрасно понимая что они будут «глазами и ушами» своего командира, при главном имперском министре и не позволят спокойно проводить встречи, со своими многочисленными агентами, «престолодержателю».

К тому же гвардия была преданна империи и императору, а соответственно, могла сразу после Избрания последнего — арестовать и препровадить на казнь, ставшего ненужным, «престолодержателя».

Это был плохой и при этом вполне вероятный вариант, тогда как со своими новыми, лично выбранными, охранниками — Дезидерий планировал, в случае дурного развития событий, пробиваться к морю и уплыть в сторону Островной державы, где у него было тайно приобретено небольшое поместье и имелись некоторые суммы, на банковских вкладах местных контор.

План созрел быстро, благодаря помощи и подсказкам троих доверенных секретарей Дезидерия, его личного лекаря и вычитанных ими ранее подобных случаев, из хроник многочисленных старинных королевств: следовало провести какую заметную провокацию, с «ненастоящей попыткой убийства», что бы люди о ней постоянно говорили и были бы свидетели, желательно говорливые и глупые — далее следовало потребовать усилить охрану главного имперского министра и «престолодержателя», до Избрания нового императора и тут же, самим, быстро составить отряд ему верных бойцов.

Бойцов нашли ранее в окрестностях столицы империи, где пребывало в безденежном и безземельном состоянии множество отчаянных головорезов рыцарей со всех провинций империи и ещё большее количество безработных боевых кнехтов и сержантов готовых за плату резать кого угодно.

И вскоре секретарь Дезидерия, по имени Анулон, сообщил что всё сговорено: есть с сотню рыцарей ветеранов, что готовы служить министру и примерно впятеро более сержантов и ветеранов орденов и имперской армии, которые были уволены или сами ушли от привычного армейского безденежья на вольные хлеба.