Всё, это было выше моих сил. Меня прорвало. Я возмущалась и топала ногами, угрожала всем, что могло всплыть в моей голове, но Белла смотрела на меня из полуопущенных век, совершенно равнодушная к моему горю и нервам.

– Хватит - резко рявкнула она - у меня приличное заведение, поэтому будешь делать так, как сказала я.

С её тощего запястья на пол упал браслет, звонко звякнув. Ударившись о твёрдую поверхность, он развернулся и маленькой змейкой пополз ко мне. Я взвизгнула и отскочила, но чем больше я отскакивала, тем быстрее он оказался у моих ног. Браслет стал в несколько раз длиннее и хоть я и пыталась наступить на него сапогом, он непонятным образом вывернулся и оказался плотно прижатым к коже на моей шее. Я замерла, совершенно не понимая, как так этот фокус мог получится. Неожиданно теперь уже широкий железный ошейник сжался, перекрывая доступ воздуха.

– Будешь делать, что я скажу, иначе ..
– это многозначительное 'иначе' повисло в воздухе и я прекрасно поняла, что всё же жить я очень хочу.

– Теперь пошли за мной - поманила меня Белла. Ошейник ослабил хватку, я жадно заглотнула глоток воздуха. Мне ничего не оставалось, как безропотно топать следом за этой Беллой.

Она привела меня в небольшую светлую комнату, где была одна несчастная кровать и широкий комод.

– А где туалет и ванная комната - решилась я задать жизненно важный вопрос.

– Тебя будут выводить в купальную, а туалет - Белла язвительно фыркнула - привыкай к ночному горшку.

Она ушла, оставив меня совершенно одну, но перед этим развязав мне руки. Я заметалась по комнате от бессилия ломая руки, наконец присела на кровать и почувствовала навалившуюся усталость. Глаза невыносимо пекли, а напряжение сменилось безразличием. Я, не раздеваясь, повалилась на кровать, мудро рассудив, что подумаю обо всём завтра и уснула крепким здоровым сном.

Проснулась я от подозрительного шороха. Открыла глаза и не сразу поняла, где я нахожусь. Ага, заведение госпожи Беллы. Ладно, всё не так уж и плохо. Я осторожно приподняла голову и увидела молодую шуструю девушку в скромном, как я полагаю, для таких заведений платье. Белый передник и накрахмаленный чепец, явно принадлежали служанке.

– Как тебя зовут - решила я познакомится с незнакомкой. Кровать под моим весом жалобно скрипнула, когда я приняла вертикальное положение. Девушка торопливо зыркнула на меня своими голубыми глазами и поторопилась удалиться.

– Эй - крикнула я ей вдогонку - меня Юлей звать, скажи хоть своё имя ...

Вот же, тихоня какая, и поговорить, пожалуй, кроме как с Беллой, будет не с кем. Все эти события, напоминали мне дурной сон. Я помотала головой. Так, нужно напомнить самой себе, кто я и откуда. Итак, растопырив пальцы, начала я их загибать. Мне всего то двадцать три, у меня есть работа, она меня вполне устраивает. Живу я в городе N в двухкомнатной квартире с мамой и котом Василием. А зовут меня Юлия, и фамилия моя Твёрдая. Моя фамилия достаточно жизнеутверждающая, а потому, хватит киснуть, нужно искать выход из сложившейся ситуации. Я встала и подошла к единственному окну, попыталась его открыть. Моё окно достаточно высоко и даже если я решусь прыгнуть на твёрдую брусчатку, то непременно поломаю себе ноги. Я бросила торопливый взгляд на постель. Нужно сделать верёвку и делов -то. Я трясла оконную раму, которая упёрто мне не подавалась. Может стекло выбить. Я разволновалась и голод, мирно дремавший до утра, проснулся. В животе требовательно заурчало. Только сейчас я уловила ароматы еды. Повернула голову и заметила возле комода, невысокий столик, заставленный едой до отказа. И всё здесь калорийное, сытное. Значит, голодом морить меня не будут. Желудок громогласно потребовал его накормить и я торопливо ухватила куриную ножку. Через четверть часа наелась досыта, так, что казалось, будто я увеличилась в размерах в несколько раз. Это видно служанка накрыла для меня стол, а я сразу и не обратила на него внимания, принялась строить планы побега, а на голодный желудок, какой побег. На комоде стоял медный тазик, рядом аккуратно сложенное полотенце и высокий кувшин с водой. Руки я помыла, умылась, намочив полотенце, обтёрла тело, но до полноценных водных процедур, ой, как далеко.

Дверь в мою комнату-камеру, именно камеру, потому, как я здесь в почётном звании узника, открылась и вошла Белла. Сегодня она была вся в фиолетовых тонах. Платье, губы и даже в причёске несколько фиолетовых цветочков. Ну точно большая экзотическая рыбина, такая же холодная и плоская, с круглыми рыбьими глазами.

– Я вижу у тебя всё хорошо - удовлетворённо она отметила, что я поела - пойдём за мной.

Ошейник на моей шее ощутимо нагрелся, поторапливая меня идти следом. Я пошла, но была твёрдо уверенна, что если что, буду драться до последнего, пусть хоть удушит, а свою честь девичью, просто так не отдам.

Мы вышли в коридор, там я заметила, как из соседних дверей выглядывают любопытные женские личики. Значит на этаже я не одна. Может ко мне кто-то заглянет, кроме Беллы и служанки.

Между тем, женщина толкнула дверь впереди себя и я зашла следом за ней. Это была душевая.

– Приведи себя в порядок и не вздумай, что ни будь вытворить, иначе накажу.

– Не сомневаюсь - буркнула я.

Она оставила меня одну. Я быстро стянула с себя грязную одежу и покрутила металлические ручки душа. Сверху полилась тёплая вода. Я тёрлась мочалкой, мылилась и снова тёрла мочалкой тело. Синяки от пальцев щуплого остались, да и на запястьях, где была верёвка, тоже были синяки.

– Садисты - прокомментировала я, хмуро разглядывая нанесённый мне ущерб.

Когда я обтёрлась полотенцем, то свою одежду, где повесила на маленькие крючочки, не нашла, вместо привычных штанов и рубашки, мне предложили платье с таким вырезом, что только диву даёшься, как из глубокого декольте ничего не выпадет. Однако, делать нечего и платье я надела, заодно и мягкие тапочки вместо зимних сапог.

За мной снова пришла Белла. Вот интересно, откуда она знает, что я уже оделась. Наверное, это всё ошейник, как бы его снять.