Они вышли из кабинета и спустились вниз на улицу. Водитель, стоявший возле длинной машины Энгарда, поспешно распахнул тяжелую дверцу.

– Домой, – коротко приказал ему граф.

Стеклянная перегородка, отделявшая просторный отделанный бархатом салон от места водителя, была сейчас поднята. Маттер задумчиво посмотрел вперед, на далекий шпиль храма Раннон, богини-покровительницы матерей, и вздохнул:

– Знаешь, я безумно рад, что у меня есть этот месяц.

– Уже меньше, – невесело хмыкнул Энгард.

– Ну, посмотрим. На самом деле мне нужно хотя бы дней пять – просто шляться по городу и ничего не делать.

– Я помню, каким ты был, когда приехал сюда после смерти старого князя. Какие у тебя были глаза… Впрочем, освоился ты быстро.

Маттер понимающе хлопнул друга по плечу.

– Этого не забыть, Энни.

– Да уж.

Машина заехала во двор хорошо знакомого Маттеру особняка и остановилась у дверей черного хода. Господин глава Серебряного Покоя посторонился, пропуская вперед гостя. В слабо освещенном тыльном коридоре уже ждала девушка-служанка, миловидная и улыбчивая, но ее серые глаза смотрели внимательно, даже остро.

– Закуски на троих, Тина, – распорядился Дериц. – Его светлости нездоровится, так что вино – подогреть. И ты помнишь, кто к нам сейчас придет?

– Забыть нельзя. – Тина взяла у Маттера плащ и шляпу и едва заметным движением погладила его руку: – Вы простудились в полете, господин князь?

– Я трое суток воевал со штормами, девочка, – кисло улыбнулся Маттер. – Сейчас мне самому странно, что мы остались живы.

Девушка в притворном ужасе закатила глаза, а потом тихонько рассмеялась:

– Вас, господин князь, вряд ли можно напугать каким-то там штормом.

Улыбнувшись и хмыкнув в ответ, Маттер вслед за Энгардом поднялся наверх. Милая девчонка всего несколькими словами подняла ему настроение, заставив почти забыть неимоверную усталость и напряжение последних дней. Год назад эта Тина начала свою карьеру у Дерица в качестве самой обычной прислуги. Формально она ею оставалась и сейчас, но жалованье получала уже офицерское и была посвящена Энгардом во многие секреты пеллийской политики. Сам он иногда жаловался, что без Тины теперь неспособен разобрать свои бумаги.

В просторном кабинете Дерица Маттер тут же занял свое любимое старое кресло в углу, развязал галстук и вытянул ноги. Суставы все еще напоминали о себе, но теперь он был уверен, что мучиться оставалось недолго.

– Разговор с принцем будет иметь последствия, – произнес Энгард, усаживаясь за свой письменный стол.

– Ты хочешь привести его к подписке о неразглашении?

– А как же иначе?

Маттер понимающе склонил голову. Что бы ни происходило в дальнейшем, а Инго теперь навсегда будет связан с Энгардом Дерицем и его организацией. Серебряный Покой может помочь во многих делах, однако редко когда такая помощь обходится недорого. Впрочем, у принца и впрямь не было никакого иного выхода.

Кто может сказать, куда затянут его странноватые дела князя Маттера? А Дериц, что ж, Дериц всегда сможет прикрыть и вытащить из передряги, для этого у него есть связи, есть деньги и хорошо обученные головорезы на королевской службе.

Скрипнула дверь, и вошла Тина с большим подносом.

– Будь внизу, – сказал ей Энгард. – И не забудь, никаких там «ваше высочество»!

Девушка ответила ему короткой, все понимающей улыбкой. Когда она ушла, Дериц вылез из-за стола, сел напротив Маттера и побарабанил пальцами по подлокотнику кресла:

– Таких особ я тут еще не видел.

– Персон Крови? – усмехнулся князь. – Ну-ну.

– Все это было бы смешно, однако…

Дериц осекся на полуслове: внизу отчетливо ухнула парадная дверь. Маттер с деланым безразличием подошел к окну, а Энгард остался в кресле, нахмуренный и серьезный. Через минуту дверь кабинета отворилась снова.

Инго был немного бледен. Оделся он неприметно и сейчас более всего напоминал мелкого чинушу. При виде Маттера он вздрогнул, широко раскрыл глаза и едва не бросился ему на грудь.

– Господин князь! Меня уведомили о прибытии «Даамира», я получил вашу записку… но никак не ожидал увидеть вас здесь!

– Познакомьтесь с моим добрым другом графом Энгардом. – Маттер пожал руку принца и слегка развернул его к Дерицу. – О его должности, я думаю, вам известно не хуже моего.

– Очень рад, господин Инго, – подчеркнуто дружелюбным тоном произнес Энгард. – Присаживайтесь, не стесняйтесь. Его светлость князь Маттер чрезвычайно утомлен долгим перелетом, так что мне приходится его отпаивать лучшими винами – таков бывает долг старой дружбы. Угощайтесь и вы!