— Сейчас ты посмотришь на своих детей, а потом мы выйдем и я расскажу всё, что здесь творилось на самом деле. И, собственно, почему твоя мать многое тебе не договаривала по поводу лисы. Ладно? Только ты не ругайся сразу, подумай, как бы сам поступил на месте мамы… — мягко начала чаша, поднимаясь из-за стола, пока остальные кушали.

Естественно, женщина никого из помощников не разгоняла. Очень странно, что все, кто здесь находился, смотрели на восход солнца. У Ринары была привычка выбирать места с окнами, где вид был бы на рассвет и на закат. В итоге в лаборатории Ри два больших окна, около нкоторых столы с креслами (их перемещал Мирар по своему усмотрению или усмотрению госпожи).

— Ладно, — помрачнел Рен, но его лицо расслабилось, когда он увидел детей. Да, не ребенка, а детей! Трое замечательных мальчиков с фиолетовыми волосами, но разрезом глаз, как у лисички.

Рен.

Я пребывал в полном *хуе. Моя лиса — экспериментальный образец? Если бы не мама, то она просто не смогла сама бы родить. Что вообще происходит?

Чаша рассказывала мне про то, как лису ловили волки и Ри по лесам, какие побочные эффекты имеет женщина от экспериментов, что жена не будет помнить время беременности, когда проснется. У неё просыпается магия только во время её интересного положения, но пользоваться данной магической возможностью не может, потому что имеет разум зверя в тот момент… Маме пришлось запереть лисицу в клетку и контролировать выбросы магии, чтобы та не причинила вред ни будущим детям, ни себе, ни окружающим. Вот почему жена от меня ушла! Был переход от разумной сущности к звериной, поэтому все эти выбросы эмоций… побег…

После разговора меня, как камнем, по голове ударили, но я кивнул, сухо поблагодарив притихшую чашу. Думаю, сегодня все целители будут ночевать недалеко от лаборатории, чтобы утром проверить двух спящих женщин.

Войдя в лабораторию, посмотрел на столы. Поправил маме простынь. Она выглядела слишком бледной. Просто неестественно бледной! А ведь недавно дралась с Эном, только проснулась — работа, захотела спать — не получилось… у жены начались схватки. Интересно, когда-нибудь мы сможем быть хотя бы частью такими же сильными, как и она?

— Лилиэль, — негромко обратился я к эльфу, не отходя от двух своих главных женщин в жизни.

— Да? — спросил тот, поворачивая голову в мою сторону и шевеля ушами.

— Ты дашь маме потом отпуск? — спросил, пристально глядя в глаза новому ректору, который замялся.

— Не сейчас, но дам… — кивнул Лилиэль.

— Просто она очень много работает в академии, учит всех по мере возможностей, проводит много практики, помогает некоторым… высокопоставленным личностям, работы у всех проверяет, даже зачистку по нежити делает в разных местах, иногда преподов здесь гоняет… Недавно у неё было сильное…ранение, она не полностью восстановилась, но пребывала в беспамятстве достаточное время. Я бы хотел, чтобы у неё был отпуск.

Послей моей речи все задумались: целительницы переглянулись, арахнид помрачнел немного, а чаша покачала головой. Ректор же стучал пальцами по столу, рассматривая в окно линию горизонта.

— Пусть она придет в себя. Думаю, у неё есть дела, которые не терпят отлагательств, но обещаю, в ближайшее время обязательно отправлю магистра в отпуск, — резко кивнул Лилиэль.

Да я и сам понимаю, что в Академии нужно сделать обновление, потому что учебный уровень заставляет желать лучшего. Мама хотела этим заняться, но… Везде это но! Через несколько секунд я взломал защиту шкафчика, который висел недалеко от стола с мамой. Вот что-что, а когда был абитуриентом, только и делал, что взламывал лаборатории! Мама научила. Хах!

Взяв несколько ключей от комнат, находящихся недалеко от лаборатории, раздал ключи ректору, арахниду, целительницам.

— На сегодня комнаты ваши, больше нигде по этажам не путешествовать, потому что когда там нет хозяйки, то Ад — одно из самых спокойных и щадящих мест для вас в сравнении с тем, с чем вы можете столкнуться Вот что-что, а маму знаю хорошо! Всем доброй ночи! — сказал я, резко крутанувшись на месте, отправляясь наверх в комнату, чтобы быть недалеко от своих женщин утром. Им может понадобиться помощь. Правда, постарался не улыбнуться, когда арахнид икнул после моего предупреждения. Ох, а ведь Аделина встречается с Хнором! Вот интересненько будет…

Рен.

В это утро я стоял на страже сна мамы и жены около лаборатории. Все будут смеяться, но я действительно взял стул и поставил его прямо у двери! Пропустил только Лилиэля с арахнидом, да двух целительниц, что помогали. Те с помощью магии всё-таки срастили ткани (что-то рассказывали про связь потоков, которой уже нет, но я ничего не понял, махнув рукой), провели диагностику, убрали боли… Сейчас женщины отсыпаются. Но…

С утра пораньше уже заявился Дьявол с чашей с большим букетом и ворохом детской одежды по последней моде Ада! Я поблагодарил, не впустил, конечно, но посидели, поболтали. За Эна, опять же разговор зашел.

— Поймал я своего советника. Предателем оказался, значит, магистр была права на счёт него, — тяжело вздохнул повелитель Ада, присаживаясь на ещё одно кресло, которое я притащил для посетителей.

Дальше пришли братья, все празднично одетые, важные, улыбчивые. В своём истинном виде, а не прикрытые Академичекой иллюзией. Их никто и не узнал… кроме чаши, да Лилиэля. Вот с братьями разговор вообще был короткий: