– Я только пришла со школы.
– еле слышно прошептала я, не глядя ему в глаза.
– Когда я уходила, этого не было...

Свой пыл мне пришлось поумерить, как только я поняла, что за непослушания меня могут лишить еды на неделю или избить до полусмерти. Теперь же, прикусив губу, я выполняла все его просьбы.

– Вот дрянь!
– заорал тот и пошатываясь, вмазал мне со всей силы по голове, а потом второй рукой по щеке.
– Она еще и учить меня будет как жить! Мамке с папкой пойди на кладбище пожалуйся!

– Я сейчас все уберу.
– робко ответила я, вытирая тонкую струйку крови на щеке.

У меня выросли длинные черные волосы, как у папы. Черные глаза я тоже унаследовала от него, а вот тонкую до неприличия фигурку от мамы и еще мои волосы ложились упругими локонами, в точности как у нее когда-то. Раньше конечно я не могла назвать себя худой. В доме Вити вечно не было чего поесть. Летом я ела фрукты на улице, а зимой меня подкармливали соседи по подъезду.

– Вечером я уду и вернусь под утро.
– сказал тот мне через полчаса.
– Чтобы утром меня ждал обед. Борщ хочу!

– Но нужны продукты…

– Купи!
– снова завелся тот.
– Ну ты и тупая…

– Продукты дают за деньги.
– констатировала я.

– Где я тебе их возьму!?
– тот вывернул пустые карманы и покрутил передо мной.
– Я говорю, ты выполняешь. Вопросы тут задаю только я. Все ясно!?

– Более чем.
– кивнула.
– Утром будет борщ.

Вечером Витя одел единственные штаны, от ношения которых все еще не появились дырки, и красную рубашку. Зная его, он даже очень нарядный пошел. Неужели нашел себе очередную алкашку, ничем не отличающуюся от бомжихи?..

Убрав квартиру, я пошла по соседям собирать нужные ингредиенты для борща. Стоило людям увидеть мои синяки и побитое лицо, как тут же отдавали мне все. Так я и обзаводилась «новой» одеждой. Пару раз те предлагали упечь меня в детдом. Будучи точно уверенной, что там намного хуже, я не соглашалась.

К одиннадцати часам еда была готова. Борща было конечно мало, но Вите хватит на завтрак, обед и даже ужин. Не будет меня доставать.

Уроков не было, так что я закрылась в кладовой и сев на матрас, служивший мне кроватью много лет, начала читать. Витя не разрешал мне вечером включать свет, а к воде так вообще было запрещено прикасаться. Я уже молчу, что почти четыре года не ощущала теплой воды. Так что сегодня наконец помыла голову, искупалась и постирала вещи. Чуть не умерла от счастья!

Легла я спать после часа ночи и отключилась мгновенно. Будильник поставила на пять утра, чтобы уйти из дома до пробуждения дяди.

Мысли о родителях заполняли мою голову каждую ночь. Маме было всего тридцать восемь, когда она умерла! Папе же пятьдесят, но выглядел он очень молодо. Как же мне хотелось вернутся назад и предупредить их об опасности! Или хотя бы сказать им, как сильно я их люблю… Ведь они слышали от меня только «дай» и «хочу», но никак не то, что нужно… Со слезами на глазах я уснула.

Меня разбудил Витя, который с разгона распахнул дверь. Луч света упал на лицо. Странно, обычно тот никогда не включает его, что бы сэкономить.

– Поднимайся!
– заорал тот.
– Наконец-то я придумал способ от тебя избавится.

– Что!?
– я тут же вскочила с постели и забилась в угол комнаты.
– Ты не можешь меня убить! Ты мой опекун! Все стрелки стразу укажут на тебя.

– Что ты несешь, дура!?
– он рассмеялся, даже не делая попытку мне навредить.
– Просто ты больше не будешь жить со мной. А через месяц тебе уже восемнадцать, так что больше не вздумай тут появляться!

– А где я буду жить!?

– Все тебе скажи… - загадочно протянул тот и я заметила, что он не пьян. Последний раз я видела его таким при знакомстве.
– Будешь шлюхой одного уважаемого человека.

– Что!? – эмоции били через край, но я собрала всю волю в кулак, пытаясь придумать, что делать.
– Хорошо, я сделаю, что ты скажешь…

Витя разрешил мне собрать вещи, а я притворившись покорной овечкой спокойно направилась к выходу. Как только вышла на лестничную площадку, то тут же что есть силы рванула вниз.

– Стой, идиотка, там внизу…- кричал мне в след Витя, но его я больше не слышала, так как уже выбежала во двор.

Краем глаза я заметила, что около дома припаркованы три черных джипа. Мне было не до этого!

Сквозь темноту, я бежала, бежала и бежала… Не разбирая ничего вокруг и не слыша ничего, кроме своего тяжелого дыхания. Добежав до гаражей и скинув там сумку с вещами, я залезла на один из них с помощью огромного шлакоблока лежащего рядом и принялась оценивать обстановку.

– Черт! Как темно!
– в сердцах выпалила я, и громко топнула по железной крыше. Это была ошибка...